- Сергей Александрович. Я сделала все, что могла, но от нашего цеха уже есть кандидат, а больше одной путевки нам на цех не выделят.
- И кто же этот счастливчик? - зло поинтересовался Курилов.
- Дубов Иван Павлович. Он бывший фронтовик. Так что ничего сделать, к сожалению, нельзя.
- Вот оно что, - в сердцах бросил Курилов.
Он знал, о ком идет речь. Это был кладовщик инструментального склада. И самое скверное было то, что Курилов, как мастер участка уже успел с ним поругаться.
- Но, вы не переживайте. На следующей неделе, я уверена, что поедете именно вы, - Анисимова, постаралась его успокоить.
"Эх, Лена, Лена. Зачем мне эта путевка на следующей неделе. Если у меня вернуться назад есть только один шанс. И этот шанс должен быть мне предоставлен в эту субботу. А для этого мне обязательно надо быть на этой турбазе", - Курилов, глядя на нее, подумал о превратностях судьбы.
- Ну не расстраивайтесь вы так, - она постаралась его успокоить.
- Лена, а если Дубов откажется от путевки, то поеду я? - неожиданная мысль пришла в голову Сергея.
- Ну, если он сам откажется, то да. Поедете вы, - она утвердительно кивнула головой.
- Тогда я пойду с ним поговорю.
- Желаю успеха, - не очень уверенно сказала Лена.
Она знала, какой тяжелый характер был у Ивана Павловича Дубова. Наверняка, причиной этого, была контузия, которую он получил на фронте в конце войны.
ххх
Курилов шел к Дубову, не очень рассчитывая на успех. Он тоже, был наслышан о тяжелом характере кладовщика. Собравшись с духом, он открыл дверь инструментального склада и зашел внутрь.
- Кто там? - из-за висящей занавески в углу склада раздался голос Дубова.
- Это я, Курилов.
Кладовщик, выглянув из-за занавески, уставился на Сергея через толстые линзы своих очков. Он был лысым, и справа на его гладком черепе отчетливо виднелась, продольная вмятина - след от давнишнего ранения.
- Сергей Александрович? Опять ругаться пришел?
- Иван Павлович, я наоборот извиниться хочу. Вы меня ради бога простите, за то, что я вам наговорил в пятницу. Сами понимаете, я же не для себя, стараюсь. Я за работу цеха радею.
- Ну ладно. Что ты тут передо мной расшаркиваешься. Что я не понимаю, что тебе от меня, что-то нужно. Давай говори, зачем пришел?
К такому повороту разговора Сергей был явно не готов. Он рассчитывал подойти к этому вопросу, как говорил один его знакомый, на мягких лапах. А Дубов развернул разговор таким образом, что оставалось либо сразу говорить о сути проблемы, либо ретироваться и вернуться позже. Решив, что лучше сказать все сразу, Курилов начал с самого главного.