Дав небольшого кругаля, мы, обойдя и основные посты и охрану на мостиках канала, зашли в город недалеко от намеченных заранее разрушенных домов. Потом, переждав, когда пройдёт мимо подсвечивающий себе фонариком и громко бухающий сапогами патруль, стали расставлять закладки вдоль дороги. В темноте, среди битых кирпичей, это было то ещё удовольствие. Я ободрал себе руку, Леха прищемил палец, а Макс чуть не вызвал кирпичный оползень, пытаясь прорыть нору, чтобы запихать мину поглубже. Один Шараф обошёлся без каких-либо повреждений и, быстрее всех выполнив свою часть работы, начал помогать Шмидту. Вообще основная задача по минированию легла, конечно, на подрывников. Мы с Пучковым, сделав по закладке, занимались в основном наблюдением. Только патруль тут ходил хорошо если раз в час, а до окон ближайших домов было метров сто, и те были плотно завешены шторами светомаскировки, поэтому работали почти без опаски.
Чуть позже, пропустив очередной обход патруля, мужики потянули провода, маскируя их мусором, к довольно крупному ящику усилителя. Это было ноу-хау Марата и наших радистов. Они там чего-то намудрили, и теперь радиус действия приёмника радиовзрывателя увеличился в несколько раз. Причём, во избежание случайного срабатывания от постороннего сигнала, сначала включался усилитель, а через него уже сам взрыватель, так что теперь мы можем наблюдать за всем очень издалека. Пучков мартышкой взлетел по одиночной, чудом сохранившейся стене здания, протянув проволочную антенну, и ещё через десять минут, проверив всё, мы начали собираться. Город спал, а припустивший по новой дождь разогнал даже собак, поэтому, никем не замеченные, вернулись обратно к доту.
А потом мы отдыхали всю оставшуюся ночь и большую часть дня. Менялись, только наблюдая за подходами, а так — дрыхли как сурки, даже есть неохота было. Зато отдохнули на неделю вперёд. Вечером же, когда я, разобрав свой MP-40, чистил автомат от лёгких пятнышек ржавчины, появившихся на тех местах, где обшаркалось воронение, ко мне пристал Гек:
— Илья, а как ты думаешь, что в этой Бальге может быть? Это ведь старинный замок — значит, там и так разные подземные ходы должны быть. Зачем туда столько пленных засунули? Новые ходы копать? Да ещё и ЛЭП провели…
Марат, который только что сменился с дежурства, при этом вопросе тоже навострил уши, а я, отложив маслёнку, ответил:
— Не знаю, Леха. Поэтому нас туда и посылают, чтобы выяснить. Но вот жопой чую — ничего хорошего там точно нет. Я про это Аненербе столько всего слыхал, что мозга за мозгу заходит. У них ведь всё практикуют — от опытов над людьми до вызывания духа Наполеона.