— Хороший индеец — это мертвый индеец,— сказал он,
Папа сказал, что он об этом ничего не знает, но думает, что если индейцев оставить в покое, они никого не тронут. С другой стороны, их столько раз оттеснили на запад, что они, естественно, возненавидели белых. Но индейцы должны понимать, что белых им не одолеть. В Форт-Гибсоне и Форт-Додже столько солдат, что эти индейцы ничего худого не затеют.
— Я знаю, зачем они тут собираются, Скотт, — сказал папа. — Они готовятся к весенней охоте на бизонов.
Он сказал, что в лагерях собралось с полдюжины разных племен. Обычно эти племена воюют друг с другом, но весной заключают мир и все вместе собираются на большую охоту.
— Они заключили мир и теперь думают только про охоту на бизонов. Вряд ли они вступят на тропу войны против нас. Они поговорят друг с другом, отпразднуют свои праздники, а потом поедут по следам бизонов. Стада бизонов скоро двинутся на север за зеленой травой. Я и сам не прочь отправиться на такую охоту! Там будет на что посмотреть
— Может, вы и правы, Инглз, - протянул мистер Скотт‚— Я обязательно передам ваши слова миссис Скотт, а то она никак не может выбросить из головы резню в Миннесоте.
На следующее утро папа, насвистывая, отправился пахать. В полдень он вернулся домой весь черный от копоти, оставшейся после пожара. но очень довольный, потому что высокая трава ему теперь не мешала.
Однако из-за индейцев на душе было тревожно.
В русле ручья их собиралось все больше и больше. Днем Мэри с Лорой видели дым от костров, а по ночам до них доносились жуткие крики.
Вернувшись с поля, папа пораньше окончил все дела и запер в конюшню Пэт и Пэтти‚ Зайку и корову с теленком.
Когда над прерией стали сгущаться тени и утих ветер, шум из лагеря стал доноситься все громче и громче. Папа привел домой Джека, запер дверь, втащил внутрь ремешок задвижки и не велел никому до утра выходить из дома.
К домику подползла ночь, и темнота наводила ужас. Индейцы пронзительно кричали и били в барабаны.
Сквозь сон Лора все время слышала эти дикие вопли и дробный бой барабанов. Джек царапал когтями пол и глухо рычал. Папа то и дело поднимался с постели и прислушивался.
Однажды вечером он вытащил из-под кровати форму для отливки пуль, Сидя у очага, он плавил свинец и отливал пули, пока не израсходовал весь свинец до последнего кусочка.
Девочки не спали и смотрели на папу. Он еще никогда не отливал столько пуль зараз.
— Зачем ты с ними возишься, папа? — спросила Лора.
— От нечего делать,— весело насвистывая, ответил папа. Но ведь он весь день пахал и так устал, что даже на скрипке играть не мог. Вместо того чтобы допоздна сидеть и отливать пули, ему бы лучше выспаться.