ню Джино. – И поспешил в комнату к телефону.
Джино сидел в конторе и разговаривал с другом. Они
работали вместе уже несколько лет. За это время они
очень сдружились. Лео был ровесником Джино. Высоко-
го роста и худощавый, он не был любимчиком у женщин
и до сих пор один тянул свою холостяцкую жизнь. Он
был хорошим адвокатом, хорошим другом, добрым чело-
веком, но с женщинами он не знал, как себя вести, он те-
рялся и тушевался. Хотя глубоко в душе все же надеялся
встретить ее, одну-единственную на всю жизнь. Джино
ему рассказывал, какая у него хорошая и любимая Катя,
и Лео, немного завидуя, радовался за друга, что тот на-
конец-то нашел свое счастье.
– Все, закончил, в конце концов, это дело, – захлоп-
нул папку Джино. – Еле раскрутил это. Представляешь,
живут два брата. Один – в одной половине дома, с роди-
телями и больным на голову братом. А другой, старший, —
в другой половине, с женой и взрослым сыном. Этот стар-
ший сын – любимчик матери. Она все для него делает,
хотя живет с младшим сыном и он ее досматривает. Мать
платит за все: и за свет, и за газ, дает денег на продукты
старшему брату столько же, сколько и младшему. Стар-
ший брат в доме и на земле хозяин. У них пять гектаров
земли, и все планирует старший: что посадить, как поса-
дить, что продать, что купить. А младший, хотя ему уже
под пятьдесят, ходит в подпасках. Ему нельзя открыть рот,
ему нельзя сделать так, как хочет он, ему можно только
работать на этой земле. Вообще затуркали бедного мужи-
ка. Но ему, этому младшему, улыбнулась фортуна, и он не-
ожиданно для всех женился. Он встретил полячку, и они
поженились. Полячка молодая и красивая, хозяй-ствен-
ная и работящая. Через год родился ребенок. Старший
брат в ярости. Он-то думал, что все наследство достанет-
ся ему, а здесь какая-то иностранка приехала отнять ку-
сок. И мало того, она еще стала защищать своего тихоню
мужа. Она глаза выцарапывала этому старшему. И поста-
вила его на место. А мужа послала ко мне, чтобы я сде-
лал им раздел имущества. Но там у них общая не только
земля и лес, но и трактор, и мини-винзавод. Я несколько
раз предлагал им варианты, но старший брат ни в какую
не соглашался что-либо отдавать. А младший готов был
каждый раз уступать в чем-то старшему, но его жена не
хотела уступать ни в чем: если это по закону наше, то,
значит, наше. Но сейчас вроде все пришли к согласию, и,
кажется, дело закончено.
Вдруг зазвонил телефон:
– Да, я слушаю, – сказал Джино, и вдруг лицо его
исказилось страданием и болью. В трубку кричал, зады-
хаясь, старый граф:
– Джино, скорее приезжай, с Линдой несчастье!