— И все же ты ухватила птицу удачи, раз вышла замуж и так удачно… — он спросил это так, что Маша не поняла, был ли это вопрос или утверждение, и потому ответила.
— А кто его знает, что такое птица счастья.
Оба замолчали. Маша допила уже успевший остыть кофе, и словно подытоживая разговор, произнесла:
— Что сделано, то сделано, обратного не вернешь, правильно я говорю?
— Как знать, — уклончиво ответил он, подымаясь вслед за ней из-за стола, — Ну, как на выставку идем?
— Обязательно. Слушай, — вдруг произнесла она, перекидывая сумочку через плечо, — случайно не очень нарушила твои планы, я имею виду учебу и все такое прочее?
— Да нет, всё нормально. Ты уж не воспринимай так прямо, что я дни и ночи напролет сижу за учебниками. Да и вообще, я рад, что ты хоть немного меня вывела из этого состояния, когда даже по ночам экзамены снятся, — и он, улыбнувшись, неожиданно подхватил её под руку и шутливо добавил:
— Пойдем, а то в кои-то веки тебя еще увижу. Наверное, скоро опять улетишь и прощай навеки.
Он сказал это так просто и в то же время серьезно, что Маша внутренне вся напряглась. Вроде ничего необычного не было в этих словах и вместе с тем, они смутили и взволновали её. Она подумала о том, что действительно эта встреча, возможно последняя в их жизни и завтра, точнее сегодня они пожмут друг другу руки и больше никогда не увидятся. Никогда. Она мысленно растянула слово по слогам и поняла, что мир, в котором она живет, радостный и жестокий одновременно.
Она посмотрела на него и сказала:
— Скажи, а если я напрошусь к тебе… в гости, ты откажешь?
— Нет, — совсем просто ответил он, продолжая смотреть ей в глаза.
— И не назовешь меня после этого… — она не успела произнести ничего, потому что он поцеловал её и ответил:
— Я никогда не назову тебя иначе, как просто Маша, любимая и желанная…
— Мам, это я пришла, — крикнула, Маша, закрывая за собой входную дверь. Мария Андреевна выглянула из своей комнаты, и, поздоровавшись, сказала, что звонил Василис, перезвонит ближе к девяти.
— Спасибо.
— Ты есть будешь?
— Да, ужасно голодна, — ответила Маша, встряхнув копной волос и направляясь в сторону ванной комнаты.
— Ты чего так поздно вернулась?
— По Москве соскучилась. С таким удовольствием прогулялась. Погода чудная, снег, а мороз всего четыре градуса.
Она прикрыла дверь в ванную и стала раздеваться, чтобы принять душ.
Стоя под горячими струями воды, она вспоминала свидание с Анатолием.
— Неужели, — думала Маша, — она могла решиться на такое? Изменить мужу. И не просто изменить в каком-то порыве чувств, а совершенно осознанно?