Усаживаясь в автомобиль и скидывая с себя на соседнее сиденье насквозь промокшую куртку, он усмехнулся, когда пальцы его через пропитанную влагой ткань коснулись уложенного во внутренний карман пульта дистанционного взрывателя. Оказанное Ковалевым «доверие» Авдееву было рассчитано очень точно. Тот не смел и думать, что его дурачат.
Курт пристроил бронированный ящик на пол у пассажирского сиденья и включил стартер. Разворачивая машину, он до упора вжал педаль акселератора в днище, умело удерживая автомобиль на скользкой дороге.
Бандиты остолбенели, провожая его недоуменными взглядами.
Шрамм увеличил скорость, и машина послушно рванула вперед. Он в блаженстве откинулся на кожаном сиденье, решая, как поступить, наконец, с Кехом, если тот еще не подох.
Курт нахмурился. В его планы не входило, чтобы Макс умер сам. Он желал вдоволь насладиться его кровью за пережитый в гостинице страх.
Он заерзал на, сиденье, сгорая от нетерпения поскорей приступить к делу. Желание ощутить в руках извивающееся в предсмертной агонии тело заставило учащенно забиться его сердце.
Его раскрасневшееся лицо расплылось в отвратительной гримасе. Протянув руку к куртке и нащупав в одном из ее карманов выкидной нож, которым он владел в совершенстве, Курт вытащил его и положил рядом с собой на сиденье. Главное, чтобы ему никто не мешал, а уж отплатить по счету за ним не заржавеет!
Он хмыкнул и посмотрел в зеркало. Дорога была пуста. Бандиты были слишком глупы, чтобы сразу же броситься в погоню.
Скорее по привычке, чем по необходимости он некоторое время спустя вновь посмотрел в зеркало, и его глаза вылезли из глазниц. Ему показалось, что на заднем сиденье кто-то сидит.
Волосы зашевелились у него на голове, Он вдруг представил себе, что очухавшемуся Кеху каким-то образом удалось перебраться в салон из багажника, и теперь, сидя за его спиной с пистолетом в руке, он с усмешкой изучает его затылок.
Оторвавшись от спинки, Курт неестественно прямо выпрямился и вцепился в руль влажными от пота ладонями. Он заставлял себя обернуться, доказывая себе, что все это чушь, но скованное ужасом тело отказывалось повиноваться.
Шрамм снизил скорость и теперь ежесекундно бросал косые настороженные взгляды назад.
Заботливо выпестовав мысль, что воображение сыграло с ним злую шутку, он, наконец, нашел в себе силы заглянуть через кресло назад. Снизив еще скорость, он стал разворачиваться.
Тишину салона прорезал сухой щелчок предохранителя.
Вцепившись мертвеющими пальцами в баранку, Курт рефлекторно дернулся в сторону, но это не помогло. Его шею обхватила чья-то рука и придавила к спинке сиденья. В затылок уперлось что-то твердое.