Чем больше я раздумывала над ситуацией, тем сильнее понимала, что дальше планов мои действия не заходили. Была ли это неуверенность в себе или нечто другое, но я реально не понимала, с чего мне стоило начать. Я хотела взяться то за одно, то за второе, то за третье, а в результате ограничивалась пустыми словами.
Немедленно отправляюсь в библиотеку и начну с изучения видов проклятий. Нужно хотя бы примерно определить, с чем я имею дело, и только после этого приступать к глубокому разведыванию и планированию. Так и поступлю! Все равно меня с Ирис освободили от занятия по превращению волшебных палочек в кольца.
У меня до сих пор не было времени, чтобы рассмотреть его. На вид обычное золотое колечко таило в себе большой-пребольшой секрет. Я ранее не заметила, но сейчас отчетливо видела гравировку на его гладкой поверхности. Это был рисунок в форме моей подвески, не так давно висевшей на жемчужных бабушкиных бусах. Я ее не потеряла! Какое облегчение.
Бусы я так и не сняла, боясь потерять. Теперь я никогда их точно не сниму, боясь кражи из-за явно затаивших на меня обиду девушек. А ведь я надеялась, что после переезда из пансионата в академию я наконец-то смогу расслабиться и снова класть бусы на ночь под подушку, как делала до кончины родителей.
— Лекция закончена. Все свободны. Студентка Тиарис Моридар к следующему занятию напишет десятистраничный доклад на тему правления Верлиона. Встретимся через три дня.
— О, господи! — прошептала Ирис мне на ухо, склонившись ко мне поближе. — Да он тебя в «любимчики» записал. Сочувствую.
В каком смысле в «любимчики»? И зачем мне сочувствовать? Или он мне теперь каждое занятие будет давать выполнить тупое задание? Тем не менее, я в некоторой степени была даже довольна, что привлекла внимание старика. Теперь мне не нужно было выдумывать причину, чтобы пойти в библиотеку.
— Неважно, — отмахнулась я. Для меня каких-то десять листов проблемой не было, потому что в пансионе задавали писать рефераты не менее чем на двадцать листов, которые после переписывала раз за разом, пока не добилась исключительной каллиграфически написанного.
— А теперь Аургусу! — объявила Ирис, подхватив сумку. — Поспешим! Мне отнюдь не нравится, что у него жестко спешат часы.
— Не нужно, — я в последний момент успела удержать соседку. — Сегодня они будут палочки с прошлого занятия превращать в магические кольца. У меня уже превращено, а у тебя нет палочки вовсе, так что…
— Покажи-ка! — заинтересовалась Ирис, и перехватила мою руку. Она странным взглядом осматривала тонкий золотой ободок и сделала не менее странный вывод. — На обручалку похоже. Ты сама его таким сделала? Почему таким?