Я ведь был довольно хорошо известен, мои фотографии привлекали большое внимание и почти всегда стоили кругленькую сумму. Это было достойным поводом. Очень стоящим.
Возможно…
Мне нужно было связаться с оргкомитетом. Предложить какую-нибудь свою работу в качестве аукционной части. И потом быть там, чтобы подписать ее лично.
Можно встретиться с несколькими людьми. Представиться.
Я подумал о родителях Алли и их скучных циничных лицах сегодня вечером. Конечно, я знал, что они не одобрят меня. Несмотря на то, что я был здоров и успешен, то, как я зарабатывал свои деньги, и мой образ жизни не соответствовали их стандартам. Не говоря уже о чернилах, которые покрывали мои руки. Алли рассказывала, как сильно они отвергали боди-арт и вообще любого, кто не соответствовал их узколобому миру.
Кроме того, я был прямым, откровенным, терпеть их не мог за то, как они относились к моей девушке, и мне было все равно на их мнение.
Подождите, пока они не увидят меня.
Мы будем ненавидеть друг друга, но им придется привыкнуть ко мне.
Потому что я никуда не собираюсь.
Насколько я могу судить, если б они ушли из жизни Алли, то ее жизнь могла бы только улучшиться.
А если они останутся и позволят себе плохо с ней обращаться, им придется иметь дело со мной. Я положу конец этому дерьму.
Они должны научиться тому, что уважение – это улица с двусторонним движением.
Алли нужен кто-то, кто защитит ее.
И этим кем-то буду я.
Глава 8
Адам
- Прекрати меня фотографировать.
Я ухмыльнулся, но положил камеру на стол и взял свою чашку кофе.
- Тогда перестань быть такой сексуальной, когда спишь.
Алли села, и ее волосы яркой вспышкой рассыпались вокруг лица. Она сонно посмотрела на меня, поправляя свободную футболку, закрутившуюся вокруг ее тела.
- Очень сомневаюсь, что мои слюни это сексуально.
- Хотя ты храпишь.
- Я не храплю! – Задохнулась от возмущения Алли.
- Я никому не скажу. – Подмигнул я ей.
- Который час?
- Расслабься. Еще даже нет восьми. У тебя много времени.
Ее плечи расслабились.
- Хорошо.
- Я все еще думаю, что ты должна все отменить, – осторожно проговорил я.
- Нет, – твердо возразила Алли. – Я хочу сказать им сегодня.
- Почему так важно сделать это сегодня?
- Ты будешь думать обо мне хуже, если я скажу тебе.
Я раскрыл руки.
- Иди сюда, Алли.
Она вылезла из кровати, потянув одеяло за собой, и такая теплая и соблазнительная свернулась рядом со мной. Ее мягкость слилась с моей твердостью, идеально сочетаясь. Алли так правильно ощущалась в моих объятиях, и я хотел изучить это. Исследовать ее.
- Почему сегодня? – спросил я еще раз.