Считать их я даже не пробовал. Примерное количество — дохрена. Они попросту не дадут нам выйти на берег, а уж добраться до спасительного коридора — об этом и говорить не стоит. Задавят массой и тупо прикончат, без вариантов.
А мы продолжали грести. В ускоренном темпе, сосредоточенно, молча, сдирая ладони в кровь, не обращая внимания на льющий ручьём пот, вновь ускорившееся течение и летящие прямо в лицо брызги воды, обильно взметающиеся под ударами волн о лодочные носы и борта…
Времени, чтобы что-то придумать, просто не оставалось.
Не оставалось до той поры, пока…
Это было как озарение, как удар током, как вспышка молнии.
Не нужная больше доска полетела в сторону.
— Лара, дорожку!
Лариса поняла меня с полуслова.
Между нашими лодками вытянулась полоса льда.
Я отчетливо видел, что на неё ушли последние силы колдуньи, и поддерживать эту «дорогу жизни» Лейка могла не больше пяти секунд — аура девушки едва теплилась.
— Хэм, пригнись!
Чекан успел уклониться в самый последний момент. Я лишь чудом его не задел, перепрыгивая на корму, а затем на лёд.
Мой вес ледяная дорожка выдержала.
Она затрещала только на пятом шаге.
И тогда я просто нырнул вперёд, проскользив последние метры на животе, ощущая всем телом, как лёд подо мной уже начинает разламываться.
В протянутую Ларой руку я вцепился, словно в спасительную соломинку.
Ещё один удар током.
Лейка шатнулась, вздрогнула, но всё-таки выдержала и руку не отпустила.
Мощный поток энергии потёк от меня к ней, сметая неведомо кем поставленные преграды, ломая магические ограничители.
Ледяная опора снова окрепла, но подниматься на ноги я не спешил.
Вместе с силой Лариса впитывала сейчас мои идеи и мысли, принимая их как свои и сразу же воплощая в жизнь, не задумываясь о последствиях. Глаза девушки подёрнулись призрачной поволокой, зрачки исчезли, превратившись в горящие ослепительно-белым огнём провалы в иные Вселенные.
«К берегу… в коридор… заморозить… всё… к бениной бабушке…»
Мой замысел обретал реальные очертания.
Река под нашими лодками промёрзла на всю глубину, превратившись фактически в остров. Через миг он стал стремительно расширяться в сторону берега, только не прямо, а наискосок, к левой границе защитного коридора.
— Бегом! Не ждать!
— Милорд, но…
— Я же сказал. Не ждать!
Приостановивший было Чекан тряхнул головой и бросился за Кузьмой и Гиляем, уже несущимися по новосотворённой плотине.
Секунд через пять она врезалась в берег и начала укрепляться вверх, вглубь и в стороны. Материал — настоящий паковый лёд, как в Арктике.
А река сдаваться не собиралась. Встретив препятствие, она сразу же принялась давить на него, поначалу стараясь, если и не пробить, то хотя бы подвинуть, а уж потом, найдя слабое место, разломать, раскрошить, снести возникшую из ниоткуда преграду.