– Это был ты? – в той рекламе на нем были очки от солнца, а его лицо в основном было в профиль, так что его она не узнала, ну, как того же парня, что и в рекламе.
– Да. Я познакомился с ней лишь во время съемок той рекламы. Мы никогда не встречались. Но мы – друзья. Вроде того. Может быть. Я даже не знаю, помнит ли она меня. Я бы, конечно, сказал «привет», когда бы снова ее увидел. Но прошли годы с тех пор, как мы в последний раз видели друг друга.
– Но Тайтус сказал ... – ее голос затих.
– Тайтус – ее большой поклонник.
Она вздрогнула.
– Как и Баба.
– Я предполагаю, что это именно они мечтают пойти с ней на свидание.
Она пялилась на него, пытаясь вытянуть правду из его глаз. Он пялился на нее в ответ, не мигая.
Это ее расстроило. Он должен знать о том, что случилось между ней и Бриджит. В течение нескольких месяцев это было на языках по всей Америке и в Интернете! Но его глаза ничего не показывали. На самом деле, казалось, что он ничего не знает об этой связи.
– Это очень важно для меня. Я хочу знать правду, – сказала она сквозь зубы.
– Я говорю правду.
Семя надежды вероломно цвело внутри нее, но она не хотела быть разочарованной. Может быть, он сказал правду?
– На чем хочешь, чтобы я поклялся? – спросил он с улыбкой, зависшей на его слишком сексуальных губах. На губах, которые ей снова хотелось поцеловать. Просто мысль о том, чтобы снова его попробовать, заставила сжаться ее сердцевину от восхитительной боли. А ее соски под кружевным бюстгальтером сделать чувствительными.
– Поклянись Богом?– бросила вызов она, стараясь не отвлекаться на его сексуальный магнетизм.
– Это – слишком легко. Я – католик. Мой Бог с легкостью прощает убийц, не то, что лжецов.
Становилось на самом деле неловко. Она пялилась на пол, сейчас неуверенная. Замешательство и опасения сражались с ее эндорфинами, последние побеждали. Просто то, что она смотрела на него, заставило ее почувствовать тысячу стрел сожаления, прокалывающих ее тело и напоминающих ей о том, что она отпускает.
– В действительности, Бриджит – не мой тип. – тихо заметил он.
Она подняла голову, чтобы снова встретиться с ним глазами.
– Не твой тип? Как она может быть не твоим типом? Она – тип каждого мужчины! – это вышло глупее, чем она хотела. Простой звук имени этой женщины на его губах заставил ее кровь вскипеть.
– Не мой. У меня вкус ... получше.
О боже, сейчас она хотела, чтобы эта сучка могла слышать этот разговор. Или, может быть, она разговаривала с непревзойденным игроком. Игроком, владеющим миллиардами. Что делало его гораздо более опасным для игры.