— Часовое дело! — буркнул он, не замечая завистливых взглядов остальных.
— Не торопитесь, молодой человек, — ласково произнес ректор Кхамало. — Такие сильные способности к зефирной стихии даже среди коренных обитателей островов встречаются крайне редко, поэтому перед вами будут открыты все двери…
— Часовое дело!
Барон пожал плечами. Леди Сирин нахмурилась и объявила последнее имя в списке:
— Валерия Мокошина…
Лерочка тяжело сглотнула.
— … способности не выявлены. В зачислении отказано.
Лерочку словно обухом по голове стукнули. Как же так?..
— Они там подурели, что ли? — возмутилась Машка.
— Леди Сирин! — испытуемых растолкал и пробрался вперед магистр Нистальф. — Как это понимать? Я требую пересмотреть решение!
Жар-бабочка смерила его холодным взглядом и расправила крылья.
— Вы можете подать апелляцию, магистр. Однако я не увидела в снах вашей подопечной ничего исключительного.
— Вы ошиблись!
Ректор заметно побледнел и стал еще более прозрачным, чем был. А вот косы леди Сирин угрожающе зашипели.
— Никто не смеет указывать Верховной Сновидице! Я никогда не ошибаюсь. А вы, магистр Нистальф, следите за словами, иначе…
— Никогда? Короткая у вас память! Уже забыли Пыльцу папоротника?..
— Тише, тише!.. — попытался вклиниться между спорщиками ректор, но бесполезно.
Увы, даже его доброе слово не смогло остановить назревающий скандал. Жар-бабочка полностью распахнула крылья и проклекотала:
— Я ничего и никому не забываю!
Одна из ее кос змеей метнулась к горлу отважного спорщика. Но тут из тени на полу возник… консул Акхари, чей жутковатый усик взвился в воздух и перехватил косу. Леди Сирин вскрикнула от боли, а рыжий плут даже бровью не повел.
— Я все же осмелюсь напомнить… — зловеще пропел черный жар-мотылек, — что магистр Нистальф находится под моим покровительством…
— А давайте успокоимся! — вдруг прогремел на всю площадь ректор Кхамало и заискрился на солнце так, что глазам стало больно. — И продолжим выяснение отношений в моем кабинете! Не на глазах у студентов!
Лерочке хотелось разреветься. Куда ей теперь идти? Бездарность, посредственность, дура!.. Жирная уродина, к тому же! Никчема!.. Машка сидела рядом и утешала подругу.
— Лер, ну погоди, может ушлый магистр еще добьется пересмотра решения, и тебя примут? Ты же Избранная! Этой жар-козявке там повылазило, что ли? Как она могла не увидеть!
Лерочка тоскливо смотрела на остальных ребят, которые живо обсуждали произошедшее, строили планы на будущее, делились снами… Роза Марковна собирала денюжку на пляжную вечеринку, чтобы отпраздновать поступление в Академию. Для тех, кто поступил. А она, Лера, не поступила.