Жизнь засияла новыми красками, обещая жесткую месть и обретение красоты.
"А с Ваплом разберусь как-нибудь потом…" - за эгоизм, за то, что собиралась его использовать, было стыдно, но когда вспоминала удирающую от нее широкую спину, ловко работающую локтями, готова была на все. Оказывается, Тамара была злопамятной.
Проснулась Тома злая и раздраженная.
Всю ночь снилось красивое мужское тело, по которому медленно, искушающе стекали капли воды, оставшиеся после прикосновения к смуглой коже кусочка льда. Влажные темные волосы незнакомца прилипли к лицу, и он чувственно убирал мокрые пряди рукой.
Во сне она пыталась протянуть руку и прикоснуться, но он, словно воздух, ускользал. Все попытки прихаться к разгоряченному прекрасному телу провалились. Совсем отчаявшись, Тома решила прыгнуть на него внезапно, но незнакомец усмехался, наблюдая ее попытки, а потом поспешно стал удаляться, нахально демонстрируя накачанную спину с широкими плечами. Последний раз его обнаженные аппетитные ягодицы мелькнули перед ее взором и растаяли.
"Сволочь какая! – возмущалась Томка. - Во сне голым приходит-уходит, еще и передом не показывается!" – было смешно, что стали сниться голые мужчины, и грустно, потому как тот случай задел гордость и засел в подкорке.
"Вот так и вбивают себе в голову всякую ерунду! Больно надо, еще не хватало страданий сердечных." - хмыкнула она, пытаясь привести себя в чувства. Не в ее привычке было так просто сдаваться, но, гоняясь за незнакомцем во сне, Тамара не выспалась и чувствовала себя плохо. Возможность еще поваляться в постели была, но повертевшись, поняла, сон не идет, а накручивать себя, мечтая и думая о том мерзавце, не хотела.
"Зато тетушка Са, наверно, уже во всю готовит… Может, чего вкусного перепадет!" – уж чего-чего, а поесть Тамара любила, как в своем теле, так и в этом. Раньше еще и готовила хорошо, но тут пока с местной кухней не задалось. Дальше чистки мануака и мытья посуды ее не пускали.
Стоило только Томке высунуть голову из-за занавески, отгораживавший проход на кухню, ее сразу заметили. Несколько женщин одновременно повернулись к ней и, окинув внимательным взглядом, застыли. Эти молчаливые мгновения, Томе дались тяжело. Она уже хотела втянуть свою голову обратно в коридор, как черепаха в панцирь, но Тетушка Са приветливо махнула рукой, подзывая к себе. Томка, как нагадивший котенок, поплелась к ней, ожидая любой поворот.
- Присядь! – миролюбиво произнесла старушка и указала на лавку у стола. Когда Тома осторожно села, она поставила перед ней огромную миску сладкой каши с сухофруктами. Томка с сомнением и удивлением подняла глаза, не понимая, что происходит.