— Нечего одного Новикова винить! Все виноваты!
— Все!
Дело приняло неожиданный оборот. Ребята стали на сторону Новикова. Почему? Как могло это случиться? Разве Юрий не доказал им, как дважды два — четыре, что Володя — прогульщик? Они спорят против фактов.
Юрий растерялся:
— Тогда… если так… предлагаю передать вопрос на комитет. Там разберут, кто прав: вы или я.
— Погодите! — вдруг вмешался Андрей Андреевич. Он поднял руку и медленно провел ладонями от висков к затылку. — Погодите, ребята.
Все сразу замолчали, а Юрий с облегчением подумал: «Ну и пусть решают, как хотят. В конце концов, какое мне дело?»
Он уже и сам был не рад, что затеял эту историю.
— Кто скажет, что Володя поступил хорошо? — спросил Андрей Андреевич. — Кто скажет, что Новиков невиновен в том, что убежал с уроков? Нехорошо. Не по-комсомольски. Володя, ты признаешь свою вину?
— Да, — ответил Володя.
— Вот-вот! Сам признает. А я о чем говорил?.. — обрадованно подхватил Юрий.
— Ты погоди, Юрий, — сдержанно прервал его Андрей Андреевич.
— Ребята, почему же вы, комсомольцы, защищаете товарища, если он виноват?
Молчание.
«Попались? Так вам и надо! — ликовал в душе Юрий, которого чуть было не сбил с толку общий отпор. — Что ни говори, Андрей Андреевич — замечательный классный руководитель! Раз, два — все рассудил».
— И ты, Юрий, не понимаешь, почему ребята взяли под защиту Володю? — неожиданно спросил Андрей Андреевич.
— Нет. Откуда я знаю? — смутился Юрий. — Они всегда горой за виновного…
— Едва ли, — возразил Андрей Андреевич. — А хочешь, Юрий, я тебе объясню? Дело в том, что ты всех обидел, связав вину Володи с его докладом о музыке. Не только Володю — всех. Понятно тебе? Критиковать надо за то, в чем человек виноват. А ты и хорошее и плохое свалил в одну кучу.
— Правильно! Правильно! Верно! — закричали ребята.
Солнце, запутавшееся в ветвях тополя за окном, вдруг побежало по классу золотыми лучами. Кирилл Озеров, жмурясь от света, с упреком сказал:
— Эх ты, Володька! Не ушел бы на Волгу, и разговору бы не было!
— А обманул Гликерию Павловну? Об этом забыли? — упрямо напомнил Юрий.
— И мы не забыли, и Володя все понял, — возразил Андрей Андреевич. — Итак, ребята, вопрос ясен. Мы не будем передавать его на комитет — разобрались сами.
— Андрей Андреевич! Вы нарушаете демократию! — запальчиво воскликнул Юрий.
— Нет. Я вношу предложение.
— Не передавать! — хором подхватили ребята.
Юрий вытер влажный от волнения лоб. Сегодня почва ускользала у него из-под ног: то он чувствовал себя твердым и правым, то колебался, то опять оживал, и вот вышел кругом виноватым.