все карты на стол. Если бы я смог узнать имя наследника, я бы принялся за это дело с другого конца и решил бы его. Но вы абсолютно правы, полагая, что меня не устраивало то, как Боринг проводит расследование дел по поводу наследства.
— А вы пробовали с ним поладить? — спросил Мейсон. — Предложить ему объединить информацию? Предложить более высокие комиссионные, чем вы обычно ему платили?
— Да. На это он рассмеялся мне в лицо.
— А что случилось дальше?
— Боюсь, я потерял самообладание. И высказал ему все, что о нем думаю, в совершенно определенных выражениях.
— А что это за совершенно определенные выражения?
— Что он лжец, мошенник, обманщик, предатель, совершенно беспринципный тип! Он только с виду приличен, а в остальном — сплошное надувательство. Я дал ему работу, я помогал ему в тяжелое для него время, а когда он наткнулся на лакомый кусочек, то стал хитрить, намереваясь все положить себе в карман и скрыться.
Мейсон бросил на Деллу Стрит беглый взгляд.
— Я понимаю так, что вы не связали его контрактом. Значит, у него не было никаких препятствий к тому, чтобы прекратить работать у вас и начать действовать самостоятельно. Тогда не понимаю, почему вы так озлоблены?
— Нсгон сам никогда ничего не делал, мистер Мейсон. Как вы не понимаете? Он разузнал кое-что, когда работал у меня. Я платил ему жалованье и комиссионные, а он разнюхал что-то и, вместо того чтобы быть лояльным к работодателю, послал мне письмо с просьбой об увольнении и начал действовать сам по себе.
— Но если вы не знаете, что это вообще за дело, — спросил Мейсон, — то как вы догадались, что он открыл что-то, работая у вас?
— Знаете ли, — рассердился Фостер, — вы и так выведали у меня уже порядочно информации. Я понимаю, чего вы хотите. Но у меня нет выбора, как только продолжать разговор в надежде, что вы. поймете преимущества совместной работы со мной.
— Боюсь, — возразил Мейсон, — что я не вижу этих преимуществ, по крайней мере, в настоящий момент.
— Ладно. Но все же подумайте, — предложил Фостер. — Вы сообщаете мне имя вашего клиента, и я начинаю рассматривать дело в новом аспекте. У меня есть средства для такого расследования. Это моя специальность.
— И за это вы хотите половину того, что получит мой клиент?
— Я же говорил, что выделю проценты и для вас, мистер Мейсон. Я делаю всю работу и беру четвертую часть. Вы получаете столько же — это ваш гонорар, а ваш клиент — остальную половину. Так пойдет?
— Нет.
— Что же вам не нравится?
— Если я не делаю никакой работы, — ответил Мейсон, — я не должен забирать у моего клиента двадцать пять процентов из его наследства.