Попетляв между улочками и остановившись в одном из дворов, я, наконец, выпустил ладонь Лены и наклонился, уперев руки в колени и тяжело дыша. Незапланированный урок физкультуры даром не прошел — дыхание сбилось, а в боку неприятно закололо. Подняв глаза, я увидел, что блондинка стояла, отзеркалив мою позу. Моя толстовка виселана ней мешком, и этот вид вызывал у меня лишь чувство облегчения — понять половую принадлежность и телосложение сложно, так что неприятностей она бы точно избежала, если бы вдруг те охранники встретились Лене в повседневной жизни.
Словно почувствовав мой взгляд, блондинка подняла на меня глаза. Ее лицо чуть покраснело, а глаза блестели. Пока я пытался понять, от чего, она вдруг запрокинула голову — и громко, беззаботно рассмеялась.
— Эй, ты чего? — решив, что у нее истерика, спросил я обеспокоенно.
Вытерев набежавшие слезы, Волкова покачала головой и, поборов приступ смеха, выдавила из себя:
— Это было так классно! Ты их лица вообще видел? А как они бежали за нами, едва переставляя свои толстые ноги? Лучшая ночь в моей жизни!
Воспроизведя в памяти эту сцену, я прыснул, а после, не выдержав, тоже расхохотался. И плевать, что мы ночью, в чужом дворе, наверняка мешаем кому-то спать. Потому что слышать этот счастливый, заливистый смех в ночи — что вообще может быть лучше?
*The Parakit feat. Alden Jacob — When I Hold You
«Эта песня — черная лыжная маска,
Так что выплесни весь свой гнев.
Мы верим в действительно ужасное.
Я всегда буду набрасываться на тебя ударом исподтишка…»*
— Нет, Никита, не так, — нажав на паузу, я повернулся к насупившемуся парнишке четырнадцати лет, — Смотри, делай выпад резче. Представь, что разбиваешь нос своему обидчику. Вот так, — изобразив хук правой, я вопросительно приподнял бровь, — Понятно?
— Да, тренер, — кивнул мальчик.
— Отлично, попробуем еще раз. Все, на четыре счета.
Включив трек с начала, я снова сделал связку, повернувшись спиной к ученикам, и наблюдая за их танцем с помощью огромного — во всю стену — зеркала.
Вторая попытка была лучше первой, так что мы зашли даже чуть дальше, добавляя к крампу элементы хопа.
«…Напевая, что я твой худший, я твой худший кошмар,
Я твой худший, я твой худший кошмар»
— Молодцы, — вновь нажав на паузу, повернулся я к ребятишкам, — Дальше предлагаю чуть усложнить танец. На припеве вам всем нужно будет разбиться на пары. Никита — ты со мной.
Парень, робея подошел ко мне, но я только улыбнулся и потрепал его по волосам, стремясь расположить новичка к себе.
— Смотри, что ты сейчас должен сделать. Поворачивайся ко мне спиной — и падай. Дальше я ловлю тебя, чуть подталкивая вверх, ты приземляешься на грудь и руки, вскидываешь одну ногу — и я протаскиваю тебя чуть по полу, держа за конечность. Меняться не предлагаю — ты меня тупо не удержишь. Ну что, пробуем?