– Привет! Ты заболела?
– Привет, Илья. Да, что-то нездоровится. Написала заявление, пока на пару отгулов. Надеюсь, все нормализуется. Ты извини, что подвела тебя с кино.
– Не переживай. Поправляйся! Сходим еще, какие наши годы!
Яна улыбнулась вымученной улыбкой и кивнула. Она отметила пропуском выход и, махнув охране рукой, вышла на улицу. Покрутила головой в поисках рабочей машины Главного, но к ступенькам подъехала «Audi Q7» черного цвета. И это была явно не машина для разъездов по объектам строительства…
Яна не двигалась с места, надеясь, что за рулем не тот человек, который… вышел из машины.
– Доброе утро, Яна Яновна. Готов поработать твоим шофером, – произнес Михаил с улыбкой.
Она хотела оглянуться на вахту, но потом решила не вмешивать ни Илью, ни Федора. Спустилась по ступенькам и подошла к машине.
– Я с тобой не поеду. Лучше сдохну.
Развернувшись резко в сторону остановки, чуть не рухнула, но вовремя оперлась на машину.
– Не дури! – повысил голос Миша. – У тебя уже истощение, а ты все не замечаешь.
– Не твое дело! – огрызнулась Янка, доставая телефон и набирая чей-то номер. – Пап, привет! Ты далеко от моей работы? Ой, как хорошо! Можешь за мной заехать? Все объясню. Жду!
Положив телефон в карман, она оглянулась на свое страшное прошлое.
– Я не знаю, зачем ты торчишь в нашем городе, но вполне серьезно тебе говорю: если из-за меня, то это – глупая затея.
– Ян, сядь в машину, давай поговорим.
– Не о чем. Как ты не понимаешь? Я не могу сказать, что ненавижу тебя, но ты – пустое место для меня. Навсегда. Ведь у тебя есть жена, дочь, семья. Что ты от меня хочешь?
– Чтобы было все, как тогда. Я хочу той твоей любви. Мне никто не нужен, кроме тебя.
– Миш, ты меня не считай за дуру. Я повзрослела – с помощью тебя и твоей мамы. Ты никого не любишь, кроме себя. А «та моя любовь» тебе нужна для самолюбования. Жена и дочь тебя не любят? Так и ты их не любишь. Вы квиты. Все. Уезжай. Тебе нечего здесь делать.
– Но у тебя же никого нет!
Она оглянулась на него, смерила взглядом с головы до ног и жестко влепила:
– Нет сейчас, будет потом. И это точно будешь не ты. Не доводи все до ненависти. Тебе презрения мало?
Он что-то хотел еще сказать, но поперхнулся от ее слов. А Яна увидела машину отца, показавшуюся на повороте, и пошла к ней, ускоряя ход.
Здесь и сейчас Михаил понял, что когда-то давно он отказался от чего-то огромного, настоящего, сильного. Имея семью, хороший достаток, перспективы в бизнесе, он не имел счастья. И виноват в этом сам. За все надо платить…
Яна подошла к машине, села в нее, поцеловала отца в щеку.