– Знаю, – согласился Жозефф. – Но разве не хозяин должен уступать своим гостям?
Хозяин?! Вот этот вот наг с ленивым взглядом и похотливой мордой – хозяин сего славного... дома удовольствий?! Ой-ёй, надеюсь, Кафриэр с ним не знаком.
– Должен, – признал наг таким тоном, что я испугалась за нашего декана. Наги и без того славятся мстительностью, а тут ещё и Приз из-под жадного носа уводят.
– Игра выкуплена, сеньоры, – раздался голос крупье. – Приз достаётся номеру два!
Бросив на меня взгляд «ты от меня не уйдёшь», наг первый быстрым шагом покинул комнату. Следом за ним поднялись и разошлись остальные, явно недовольные поступком Жозеффа. Пока мы не остались с наедине...
Я надеялась, декан сразу снимет цепи, но он пожирал меня таким взглядом, что усомнилась в собственных чаяниях. А заодно обзавелась новыми: лоно, на этот раз раскрытое исключительно для Райни, горело и пульсировало, соски сжались, я дёрнулась вперёд, мечтая ощутить его в себе. Остальное – потом, а сейчас... я и мужчина, который даст мне желанное.
Декан медленно приблизился, не сводя с меня взгляда. В голове снова творилось что-то странное, в углу опять мерещился чёрный силуэт, но все чувства были сосредоточены в теле, жаждущем получить и свой приз.
Никогда ещё Жозефф Райни не казался мне настолько привлекательным. Вдруг вспомнился его взгляд там, в кабинете Кафриэра, и то, как пытался он оградить меня во время Игры, и сумасшедший поцелуй...
– Что ты здесь делаешь? – спросил он, продолжая удерживать мой взгляд.
– Это же вы... подбросили мне визитку, – хрипло отозвалась я, облизав пересохшие губы. Зачем он тянет?!
Жозефф как-то странно не то кивнул, не то чуть повёл головой. В выражении его лица мне не удавалось разобраться.
– Вы этого хотели?
– Едва ли ты сейчас в состоянии выслушать меня.
Почему-то подумалось, что короткие юбочки адепток хорошо закалили выдержку декана. Понятно, отчего молодой и красивый мужчина по ночам ездит развлекаться в место, подобное этому.
Райни взмахнул рукой, устанавливая вокруг нас полог невидимости и неслышимости. А сам продолжал рассматривать меня, лаская взглядом тело, наклонился, провёл ладонями по груди, животу, медленно вытащил «ромашку». Я непроизвольно потянулась за ней, но декан отложил игрушку на тумбочку и вдруг опустился на колени, приникнув губами к моему лону.
Я закричала, когда его жадный язык начал выписывать затейливые узоры внутри складочек, то углубляясь в лоно, то засасывая клитор. Тело, доведённое до точки кипения, почти сразу сдалось, содрогаясь волной удовольствия, чем-то напомнившего тот, последний раз с Кафриэром. Но ведь никто, кроме истинной пары, не может такое доставить? Это же известный факт?