— Вы… не знаете, где моя одежда?
Он только насмешливо хмыкнул, окинув долгим взглядом ее тело. Оля невольно покрылась мурашками. Какое тут к черту спокойствие!
— Меня будут искать. Уже ищут! — вырвалось у нее.
— Будут. Найдут что-то из твоих вещей. А тебя — он цыкнул. — Нет, не найдут.
Боже… Она попала в лапы маньяка.
— Но зачем я вам? Зачем вы это сделали?
Мужчина взглянул на нее и выдал снисходительно:
— Потому что ты просватана.
— Что? — у нее челюсть отвисла.
Сразу потоком пронеслись мысли. Все эти взгляды, предупреждения не выходить из дома… Проклятые суеверия! Они опоили ее и принесли в жертву? Но это же вообще за гранью понимания.
Надо было что-то делать.
— У-Лэн, послушайте… Отпустите меня, пожалуйста. Мне обязательно надо вернуться, меня будут искать. Зачем вам проблемы? Я никому ничего не скажу, клянусь вам, — проговорила Оля, стараясь не дрожать и держаться ровно.
У-Лэн неожиданно подался к ней.
— Не поймешь никак, да?
И ловко схватил ее за руку, вызвав просто прилив ужаса. Нащупал кольцо на пальце, показал ей его.
— Ты приняла подарок.
— Боже, ну какой подарок, о чем вы… — зубы уже громко стучали.
Перед глазами замелькали картинки. Вот она у ручья, ужик, свернувшийся колечком на другом берегу. Маленький, безобидный. Кольцо, которое она нашла в грязи.
— Нет! Не может быть! — Оля затрясла головой.
Он смотрел на нее молча, а у нее опять перед глазами, как утром шла на речку, и все на нее пялились. В ушах зазвенело:
Выходила к воде одна…
— Нет, — пробормотала она.
Почему никто не остановил, не сказал ей? Степановна. Она говорила…
Шок. Оля отказывалась понимать, отказывалась мириться. Этого не могло случиться с ней! Но это случилось. Неожиданно для себя девушка успокоилась.
— Где я? Что со мной будет? — спросила. — Почему вы говорите, что меня не найдут?
Далеко унести он ее все равно не мог, у него же транспорта нет. Ее найдут с вертолета, да просто прочешут там все.
— Потому что твоим людям не попасть в наш мир. Сто раз мимо пройдут, не найдут, не увидят. И ты никогда не увидишь никого из них.
— Я что теперь, — Оля скривилась, отказываясь мириться с реальностью. — Невеста Полоза? Но это же бред! Сказки! Вы…
И тут этот мужчина стал медленно трансформироваться. А у нее пропал дар речи.
Наполовину человек, наполовину змей. Черное туловище, покрытое чешуей, коренастое и широкое, переходило в толстый черной хвост. Треугольное лицо в обрамлении прямых и жестких черных волос, чешуя на скулах, лягушечий рот, в котором тонкой змейкой метался раздвоенный язык. А глаза с вертикальным зрачком — змеиные.