Его такой же хвостатый противник, скрестив руки на широкой груди, а темный взгляд на таких же наглых, но только желто-зеленых, глазищах, молча посылал попрошайку туда, куда приличные коты ходят песочек скрести — в Пекло, разумеется.
Котина не сдавался, разевая зубастую пасть и выводя преотвратнейшие рулады, которые, впрочем, пропадали втуне, так как заботливый вражина поставил полог тишины в спальне.
Наконец, мотнув левым, полноценным ухом, и проведя всеми когтями правой лапы по стеклу с пробивающим тишину скрежетом, кошак развернулся и со скорбным воплем свергся с карниза в только-только занимающуюся рассветом непроглядную темень школьного двора. Не срослось бедолаге втереться в доверие и повысить статус в качестве домашнего питомца.
— Тэкс-растэкс, и с этим гадом помойным мы разделались, теперь возьмемся за… кх-кх, — демон был возмутительно доволен жизнью и своим утрешним подвигом во имя прекрасной дамы, занявшей его постель. — Айя, просыпайся! У меня для тебя хорошие новости — я тебе тут ещё мебелишки спёр, ой, то есть… притащил.
— Верни обратно, — невозмутимо посоветовала девушка, восставая из вороха одеял и прикрываясь халатом, сброшенным вчера после купания возле кровати. — Дём, ты меня достал уже. Конкретно! Ты зачем на этот раз разграбил музей антиквариата в Ларенсии? Ты — не диагностированный мозгоправами клептоман?
— Хто? Я? Да ни в одном глазу, — Эльхарн изобразил самый невинный вид из своей внушительной коллекции и ловко скрестил пальцы за спиной. — Я тут не причем! Подумаешь, пару стульчиков заныкал. И незачем так орать! Ты же девочка!
— Орать я ещё не начала, — магисса укоризненно посмотрела на своего фамильяра, прекрасно зная, что он обычно прячет от нее. — Дёма, я всё понимаю. И твои… хм… эстетические пристрастия, и тягу к асоциальному поведению, и желание «чтоб у мелкой было всё, как у людей»… Но тырить у короля Ларенсии его любимую, эксклюзивную мебель — это уже перебор!
— Ябеда этот ваш король! — Высший никаких угрызений совести не испытывал. — Пару деревяшек он пожалел… А она просто в тон твоей комнаты подошла. Но если не нравится, могу у Эрики что-нибудь позаимствовать.
— Ты у неё уже много чего назаимствовал! — Айя, закрутившись в пушистый халат до пят, забралась с ногами в кресло. — Вот объясни, зачем у неё сбрую для лошадей подчистил? С парадного выезда!
— Кто тебе такую глупость наплел? — демон воплощал собой настоящий памятник невинности. Если бы не мельтешащий за его спиной хвост, выдающий нервозность злоумышленника. — Не было такого. Она сама мне всё добровольно отдала. Так и сказала «заседлаю тебя, демонюку». Это когда я у неё в очередной раз «магики» скачивал. Нам же надо? А она мне «когда управу на тебя найду и в стойло поставлю». Вот я сбрую и забрал, чтобы не подводить принцесску. А то, мало ли, передумает ко мне приставать…