— Как тёплый эль, ещё способный опьянять, но горький и пресный на вкус, — ответил Конор и, обдав Лету напоследок вполне ощутимой волной насмешки, зашёл в трактир, насвистывая что-то себе под нос.
— А мы и не верили Родерику, — продолжил он. — Суариванская Гадюка, так тебя прозвали… Занятная история, но не прельщайся. Дорожку тебе тут никто не будет расчищать. На Севере ты никто.
Вернувшись на тропу, Лета быстро нагнала остальных.
— Покровители нечисти, значит… Приятно познакомиться.
— И прекрасный следопыт.
— Такая жизнь рано или поздно становится невыносимой, — Логнар проследил за её взглядом. — Он сам к нам пришёл и предложил свою помощь в обмен на безопасность. Не то чтобы он ждал прощения всех его грехов, мы всего лишь должны были перестать желать ему смерти. Забыть о том, что он сделал… И я ему поверил. Я знал, что с ним будут проблемы, но пока всё идёт спокойно.
Логнар подошёл к ним и прислонился к ограде. Ноги едва его держали. Было страшно за то, что будет дальше. Придётся приготовить снадобье, а он хотел приберечь свои запасы на всякий случай.
— В отличие от тебя, конечно. Всякая женщина, какая бы убогая она ни была, раздвинет ноги и принесёт пользу обществу.
— Ну разве она не прелесть, Конор? — хохотнул Родерик позади.
— Его знания, — ответил Логнар. — Он жил с вампирами. Был их частью. Он знает их общество изнутри.
— Ты помнишь, какой была я раньше? — улыбнулась Лета.
Логнар поглядел на выход. Девчонка пронеслась мимо входной двери. Маг направился к ней.
Хозяин кивнул совершенно спокойно, не пугаясь угрозы Логнара. Сынов он прикрывал не в первый раз, они платили щедро, больше, чем предлагали имперцы, пытавшиеся выкупить сведения и маршруты мятежников. Он отнёс кувшин эльфу.
— Я не понимаю. Он же предал свой народ.
Логнар собрал все вещи ещё до того, как солнце полностью скрылось с глаз. Не забыл он взять с собой и посох. Он давно уже им не пользовался, но вдруг он лишится своего талисмана? Также его можно было использовать как трость. С его-то суставами…
Кривая усмешка поползла по лицу Конора.
Горы были близкими, но одновременно далёкими. Они шли без малого час, а Хребты Цэрлюма так и не сдвинулись к ним навстречу. Скрывшись среди небольшого хвойного леска, предварявшего горы, они замедлили темп. Здесь уже никто из имперцев или северян не появлялся, ночью мало кто отваживался выходить на дороги. Лета прекрасно понимала, почему. Ночь была на Севере такая холодная, что у неё отмёрзло всё, что только могло. Плащ с лисьим мехом, отданный ей Родериком, никак не спасал, как и наличие трёх рубах под кольчугой. Если сейчас кто-нибудь захочет выскочить и напасть на них, Лета даже мечом не сможет взмахнуть — она просто упадёт на землю, вконец задубевшая.