(Из воспоминаний Садика)
Несмотря на все возрастающую нагрузку, Садик быстро освоился в больнице. В его обязанности входило помогать врачам и медицинским сестрам. Но самой главной задачей стала переводческая работа. Многие беженцы не знали английского.
Молодой мужчина тряс ребенка, будто пытался его разбудить.
Проблема заключалась в том, что дети не могли выносить такие дальние походы и долгое кочевничество. Условия, в которых жили беженцы, были мало похожи на человеческие. Дети заболевали от инфекций, от недоедания и истощения. К тому же многие имели хронические заболевания сердца и легких. Им бы дома сидеть под наблюдением врачей и жить бы до старости. Но война выгнала их из домов. Болезни обострялись и забирали маленькие жизни.
Наступала зима, а с обогревом не все проблемы были решены. Не хватала также жилищ, люди продолжали жить и вокруг лагеря в палатках.
Садик оголил грудь ребенка и приступил к реанимации: начал давить на грудь и вдувать в рот и нос ребенка воздух.
– Это я, Садик. Я реанимирую ребенка, на вид два-три года. Я не могу определить, как долго уже нет циркуляции. Мне нужна помощь. Пожалуйста, только быстрее.
Несмотря на санитарную должность, Садику приходилось и врачебной работой заниматься. Со временем ему начали доверять. Он теперь бегал со стетоскопом, выявляя воспаление легких и нарушения ритма сердца.
Отец быстро передал завернутое в одеяло дитя, затем схватился за голову и стал бегать вокруг Садика. К этому времени подбежал еще один молодой парень.
Медицинская транспортная служба порой доставляла в больницу уже тела детей. Он узнал у одного горем убитого отца, что ребенок еще дышал, когда они причалили к берегу, но помощь подоспела поздно.
Садик продолжал стоять и внимательно наблюдать. Наконец он разглядел две резиновые лодки, они не могли причалить к берегу. Пока он добежал, лодки все же почти доплыли до берега. Им оставалось до твердой поверхности каких-то пятьдесят метров.
В ноябре волнения на море стали очень сильными. Шум не давал Садику услышать голоса приплывших людей. Как-то вечером он зажег керосиновую лампу в палатке и долго не мог заснуть. Вдруг до него донеслись слабые отрывистые звуки. Он вышел из палатки, которая была установлена на холме так, чтобы он мог видеть берег как можно дальше. Было темно, облачно и ветрено. Видимость была очень плохой.
Через неделю, после очередной смерти молодой женщины, Лар согласился с идеей Садика. Помог ему с палаткой и другими принадлежностями для жизни на берегу. Питался он или в больнице, или в поселении. Скоро начали появляться новые сотрудники, представители Красного Креста, оборудование, новые постройки.