Все это время Джа увлеченно почесывал бороду, изредка останавливаясь и разглядывая пальцы.
— Вы служили в армии?
— Возможно.
— Возможно?
— В моих документах все указано.
— В документах сказано, что не служили, — сообщила Рейган.
— Значит, не служил, — покладисто согласился Винчи. И пояснил: — Меня учили не спорить с властями, потому что все равно останешься виноват.
— А меня учили отличать правду от лжи.
— И что вам поставили на выпускном экзамене?
Она закусила губу. Он ответил вежливой улыбкой.
— Здесь написано, что вы безработный и получаете пенсию, — продолжила расспросы Рейган.
— Я инвалид.
— Чем вы больны?
— Меня травмировал этот чертов мир.
— Гм… — поперхнулась оказавшаяся в очередном тупике красноволосая.
— Вам, наверное, неудобно со мной соглашаться, да? — „догадался“ Винчи. — Но вы не волнуйтесь: я никому не скажу. Ну, может быть, Карифе.
— Сомневаюсь, что вы увидитесь, — ляпнула Рейган.
— Меня трудно забыть, — самодовольно сообщил Джехути, глядя красноволосой в глаза. — Я — как наркотик, как чарующая мелодия гамельнского крысолова. Вам нравится музыка, агент Рейган?
— Вы совсем сумасшедший?
— Нет, примерно на дюйм, — он пальцами показал, сколько это.
— Черт…
— И в этом мое преимущество: я точно знаю пределы своего безумия. Можете похвастаться тем же?
И что отвечать? Как отвечать?
Происходи разговор „в поле“ и окажись бородатый Винчи в ее руках, он бы уже давно выплевывал зубы и сбивчиво отвечал на вопросы. Но в штаб-квартире GS такие методы ведения допроса… не всегда приветствовали. К тому же чутье подсказывало красноволосой, что Карифа переспала отнюдь не с „парнем из бара“, и с Джехути следует вести себя осторожно, поэтому она и растерялась, совершенно не зная, что предпринять.
— Я могу задержать вас на семьдесят два часа без объяснения причин, — угрюмо сообщила Рейган.
Но впечатления не произвела.
— Уже на шестьдесят семь, — уточнил Джа. — Я потребовал точно зафиксировать время доставки на профилактическую беседу, так что поторопитесь, агент, часики тикают.
— Идиот, — прошипела Рейган и вышла из допросной.
Чувствуя себя если не оскорбленной, то как минимум одураченной.
— Крепкий орешек, — ухмыльнулся следивший за ходом допроса Филип Паркер и кивнул на задремавшего Винчи: — Как думаешь, кто он?
— Ты мне скажи, — попросила красноволосая, предчувствуя недоброе.
И не ошиблась.
— Его DNA нет в базе, а отпечатки пальцев и сетчатки привязаны к документам, которые при нем обнаружили. Документы подлинные, их действительно выдало правительство и заверило GS, но…
— Есть „но“? — насторожилась Рейган.