— Вы очень хорошо спели, Кирилл.
— Со мной сейчас лучше не разговаривать, — огрызнулся он, привычно ощетинив все свои иголки. На Илону, как ни странно, этот его тон подействовал успокаивающе — есть в мире хоть какая-то стабильность…
— Я не собираюсь разговаривать, не волнуйтесь, — заявила она, а затем встала рядом, прислонившись спиной к той же стене, и действительно замолчала.
Рыбалко несколько раз покосился исподтишка на столь навязчивую соседку, а потом не выдержал:
— Вы что, так и будете здесь торчать?
— Да, — кивнула она.
— Зачем?!
— Так, на всякий случай. Вдруг надумаете из окна прыгать или вешаться… помогу вам стул подержать или, там, я не знаю, верёвку намылить.
Кирилл опешил.
— По-вашему, это смешно?
— Считала бы это смешным и несерьёзным — меня бы уже давно здесь не было.
Он потерял терпение.
— Да что вам надо от меня? Зачем вы тут со мной возитесь?
— Потому что вы несчастливы, — вырвалось у неё. Она тут же испугалась, что Кирилла оскорбит или обидит подобное замечание, но он отреагировал на удивление спокойно.
— Странно. Во всём мире, похоже, это не волнует никого, кроме вас — той, от которой я меньше всего ожидал поддержки.
— Я никогда не желала вам зла, — осторожно ответила Илона.
— Утешать меня будете? И сколько берёте за услуги психотерапевта?
Она не рассердилась на эту подколку, просто пожала плечами и сказала:
— А надо утешать? Не вы первый, не вы последний, кто переживает несчастную любовь.
Кирилл вздрогнул.
— Откуда вы знаете?
— А вы думаете, так сложно догадаться? Или полагаете, что преподаватели университета — не люди вовсе, они не знают, что такое безответное чувство? Или я настолько стара в ваших глазах, что просто не могу быть компетентна в любовных вопросах?
Он некоторое время испытывающе вглядывался ей в лицо, затем, судорожно сглотнув, тихо спросил:
— У вас такое было?
— Не знаю, что именно вы подразумеваете под словом "такое", но безответная любовь, конечно, мне знакома не понаслышке.
— И как вы справились?
"Кто сказал, что я справилась…" — усмехнулась Илона про себя, а вслух сказала:
— Нет волшебного рецепта. Нужно просто перетерпеть, и хорошо, если у вас высокий болевой порог. Но лучший врач — действительно время…
— Сейчас заплачу, — насмешливая улыбка искривила его губы.
Только бы, действительно, не впасть в маразм — мудрая наставница учит студента жизни, расстроганный студент со слезами на глазах благодарит и встаёт на путь истинный…
— Я не рассчитываю на то, что вы примете мои слова и поверите им прямо сейчас. Но может быть, когда-нибудь…
Помолчали. Кирилл опустился на корточки, привалившись затылком к стене.