— Не играйте… лэрди. Я Вам не кукла.
— Буду аккуратна, — пообещала охрипшим голосом.
Покачав головой, Берн со стоном откинулся назад, давая простор для действия, и прикрыл глаза.
Щелк… Первый завиток упал на широкую грудь и легко был сброшен на пол. Щелк, щелк, щелк…
Было трудно. Не потому, что она забыла, как стричь. Испортить такое безобразие — это надо уметь. Но пальцы дрожали, и ей казалось, что с каждым тихим щелчком между ними вновь оживают и натягиваются невидимые нити. Мужчина едва заметно вздрагивал, стоило провести зубцами гребня по беззащитной шее. Толкал бедрами, дразня плотно прижатой твердостью и размазывая по себе сочившуюся влагу. Янтарь полуприкрытых глаз загустел, напитанный откровенным желанием, и пальцы нагло ласкали спину, вычерчивая метки принадлежности.
Каждый состриженный завиток давался труднее предыдущего. Еще немного… Вот тут и тут… А волосы… волосы потом, в следующий раз… да…
Мягко отведя ее руку в сторону, лэрд огладил уже короткую бороду. И улыбка, не скрытая густыми усами, утопила в себе последние крохи сопротивления собственной тяги к мужу.
— Проверим, что Вы скажете теперь… — проурчал, пробираясь ладонями под бедра, — но прежде избавимся от лишнего!
Ножницы были осторожно изъяты и отложены в сторону. Плеск! И они оба в бассейне. Горячая вода смысла остатки жестких волос, очищая их тела. Но наслаждаться купанием не пришлось.
— Лэрд!
Под попой очутился теплый мрамор.
— Бьерн, — шепнул чуть слышно, и Валерия согласно застонала, отвечая на поцелуй. Он был таким нежным. Трепетным до головокружения и слез счастья. Он целовал не губы — само сердце, лаская и освобождая от шелухи горьких обид..
— Бьерн, — ее голос был полон разочарования от прерванной нежности, — Бьерн! — вскрикнула от неожиданности, когда горячий рот накрыл возбужденную грудь.
Плотная горошинка была такой чувствительной. Он сосал и ласкал ее языком, наслаждаясь протяжными стонами. Прекрасна! До безумия прекрасна и горяча, разве может быть лучше? Его маленькая и вкусная женщина… Но наверняка ниже будет еще слаще…
— Да, да…
Сбивчивый шепот подсказывал — все правильно. Именно туда и как он хотел. Тонкие пальчики вплелись в волосы, царапая затылок. И если он не сделает этого, то просто сойдет с ума…
Он не знал, как удалось сдержаться и не кончить от одного лишь взгляда между раскинутых для него ног. Розовая плоть истекала влагой, сочившейся к тугому колечку другого входа. Не в силах сдерживаться, Бьерн провел пальцами по нежным складкам, раскрывая ее для себя. Прекрасна вся, а особенно в самых тайных местечках… Подхватив стройные ноги, он забросил их себе на плечи и опустил голову.