— Сначала покажи, что нашел.
Распечатки, переводы, стандартные схемы вывода денег в офшоры, уклонение от платы налогов, участие в нескольких компашках, куда сливают много федеральных денег. Можно сказать все как положено для обычного политика. А вот это уже интересней.
— То есть они и налоги снижают за счет благотворительности и деньги возвращают в виде взносов.
— Получается что так.
— И зачем им это?
— Да кто их знает.
Не сильно логичная схема. С другой стороны благотворительные взносы не облагаются налогами, снижают налогооблагаемую базу, фонд существует давно, репутация у него хорошая, программы поддержки разные — от борьбы за демократию во всем мире до адресной помощи несчастным. Вот адресная помощь меня больше всего и заинтересовала, слишком суммы похожи с анонимными взносами на благо партии и лично конгрессмена Уолда. Но это мелочевка не заслуживающая внимания, может солью журналистам, если ничего интересней не найду, и то больше из природной вредности.
— Так можно потрогать?
— А ты сделал что должен был?
— Да. Следы переводов есть и в прошлом году, и в позапрошлом, в этом тоже с десяток переводов.
— Реальные тоже должны быть.
— Сделал, через фирмы что под ним находятся, но об этом не все знают. Затер, словно их хотели спрятать. Так можно?
— Трогай.
Сжал так, что захотелось ему сразу руки отбить, но если это сделаю, лишусь специалиста, а мне пока он нужен.
— Знаешь, мальчик, если ты кого из девочек так зажмешь, то у тебя их никогда и не будет. Женская грудь требует ласки, а не тиски.
Взяла его ладонь, прижала к своей правой груди.
— Поглаживай, сжимай только не сильно.
Намного лучше. Только перевозбудился мальчик, ему бы охладиться да и брючки сменить, а то пятна совсем не красят текстиль.
'Не для Одет такое платье'. Все что смог прокомментировать Мил, прислал сообщение, порадовал мнением. Для меня конечно не вариант, зато для Инмакулэды самое то — глубокий вырез на спине, глубокий вырез на груди и яркие крупные цветы по всему оставшемуся материалу. Украшения тоже яркие, бижутерия. Сегодня я была пряным десертом к скучному званному обеду на сто человек. А как еще может выглядеть дама с улицы, которой случайно перепала честь стать одной из приглашенных. Яркая и вульгарная, развлечение для острословов. Приличные как бы воспитанные снобы, а пялятся как обычные забулдыги в баре, пытаясь разглядеть татуировку в вырезе полностью, вплоть до стебля розочки, что упирается в кудрявую почву.
— Факайль сасанах, — в очередной раз поделилась мнением с очередным политиком, которому оно было интересно. Мужчины были, шампанское тоже, пилось оно большими глотками, и многие из стоящих рядом ждали, когда же начнет действовать алкоголь и забавная дамочка начнет выделывать коленца. Дамочке стало плохо, небольшое головокружение и жалобы на духоту. Хозяйка дома милостиво проводила меня в комнату на втором этаже, но со мной не осталась, еще бы, не тот уровень и фейс, хотя к ее чести, открыто она неприязнь не выказывала. Для политиков снисходить до простых смертных иногда дело полезное для рейтинга. Да мне и не нужно было ее общество.