моих ушах, от чего я все шире раскрывала глаза.
«Это же не то, о чем я думаю?» — мысленно спросила я сама у себя. Нет! Господи, только не
это! Я в ужасе уставилась на него, начиная вертеть головой в разные стороны, в знак
отрицания, но он только шире улыбался, вселяя в меня еще больший ужас. По щекам
стремительно побежали слезы, и я начала брыкаться, что есть силы, только бы не
чувствовать его противные руки на себе.
— Я надеюсь, мы друг друга поняли. — говорит он, тут же сменяя улыбку на грозный тон. Его
дыхание приходилось мне, где-то в районе шеи, от чего я мгновенно покрывалась мурашками.
Нет, это не тот случай, как с Найлом, это были мурашки чистого ужаса и страха.
Он убирает свою руку с моего лица и кладет ее мне на бедро, поднимаясь ладонью выше, чем
задирает мою и без того короткую юбку. В глазах пелена слез, и я что есть силы толкаю его
в грудь и кричу, но меня в мгновения затыкают грубым поцелуем, что так был противен мне.
В моей голове крутится миллионы мыслей, и я просто не могу не сравнить его с поцелуями
Найла. Они тоже весьма грубые, можно даже сказать, что он принуждает меня целовать его,
но это было совсем не то, что происходило в данный момент. Найлу я могла позволить
многое, все что угодно, и я была уверена, что мне это будет нравится. Но этот человек…
это не он, и ничего кроме отвращения я к нему не чувствую.
Я с силой сжимаю зубы, не давая ему пробраться в мой рот. Он резко хватает мои
руки и поднимая их над головой, больно прижимая к стене одной рукой за запястья. Из глаз
с большей силой вырываются слезы. Мне страшно, от того, что сейчас произойдет.
«Ну где же ты, Найл?! Где ты, когда так нужен?!» — мое сознание кричит о помощи, но он
все не появляется, все больше обнадеживая меня. Я не теряю надежды и пинаюсь ногами,
когда внезапно в моей голове рождается план. Я расслабляю рот, и этот ублюдок
проскальзывает в мой рот своим слизким языком, от чего я держусь, чтобы меня не стошнило.
Жду момента, и как можно сильнее кусаю его за язык, от чего парень вскрикивает.
— Блять! Сучка! — кричит он, отстраняясь. Моя голова в секунду поворачивается в другую
строну, больно ударяясь об стену. Щека адски горит, а в глазах «пляшут» маленькие искры,
от чего снова подступают слезы. Этот урод ударил меня по щеке с такой силой, что я
уверена, останется не маленький синяк. Не сдерживаю слез и хватаюсь за щеку, которая чуть
ли не горела от удара. Я чувствую, как начинаю скатываться по стене, не в состоянии
стоять на ногах.
— Ты пожалеешь, что сделала это, дрянь. — шипит он, хватая меня за шею, тем самым не