Огонь в его крови (Диксон) - страница 40

— Нет! — мой крик громогласным эхом отдается на лестнице.

И будто в ответ на это, дракон тоже издает рев.

Я изо всех сил пытаюсь ухватиться за что-то, когда беспомощно скольжу все ближе и ближе в направлении зияющей дыры. Мое тело царапается о длинный кусок арматуры, который торчит из только что разбитого бетона. Мне удается вцепиться в него, и из-за импульса, полученного моим телом, когда резким рывком, положившим конец моему скольжению, меня подбрасывает, тот снова что чуть не вырывается из моей хватки. Но каким-то образом мне все же удается удержаться, и это спасает меня от того, чтобы пролететь через край здания и сорваться в воздушное пространство.

Моя обнаженная задница висит в воздухе. Для моих ног нет ни единой точки опоры, а мои вспотевшие руки вцепились в единственное, что спасает меня от того, чтобы стать мокрым местом внизу, на тротуаре.

О Боже. О Боже. О Боже.

Я молочу ногами в поисках чего-то — чего-нибудь — на что наступить. Мои руки соскальзывают с куска арматуры, так я недолго смогу продержаться. Из моего горла прорываются рыдания, когда здание начинает издавать треск, и все, кажется, начинает сдвигаться.

— Нет! Помогите!

Однако никакой помощи нет. Моя хватка соскальзывает, и тогда я парю в воздухе…

Не успеваю я сделать вдох, как мое туловище обхватывают большие чешуйчатые когти. Я тут же врезаюсь в жесткие чешуи этих рук. Лап. Когтей. Что бы это ни было. Оно обхватывает меня еще плотнее, и мне уже не грозит стать блинчиком на тротуаре.

Вот только сейчас мне грозит совершенно новый вид опасности.

Мне не хватает воздуха — я не совсем уверена, что когда-либо еще смогу по-настоящему дышать полными легкими — а хватка когтей вокруг моей талии становится все крепче. Мои ноги свободно болтаются, а одна из моих рук поймана в ловушку и прижата к моему телу. Когда он взмывает в небо, своей свободной рукой я колочу по его чешуйчатым когтям. С моих губ срывается вскрик ужаса, когда дракон поднимает эти когти к своей морде.

«Молодец, Клаудия. Ты его взбесила, и теперь он разжует тебя до маленьких кусочков».

Однако все, что он делает, своей огромной мордой снова обнюхивает мои волосы. Он выдувает свое дыхание мне в шею, будто удостоверившись, что со мной все в порядке, а затем взмахивает крыльями усерднее, с каждым взмахом все выше поднимаясь в воздух и направляясь обратно к крыше здания.

Прямо туда, откуда мы начали, за исключением того, что теперь у меня еще больше ран, я еще более грязная и прижимаюсь к дракону. Мне хочется плакать.

Дракон летит прямо в открытую зону наверху здания, где он нашел меня. Он приземляется, прижимая меня к своей чешуйчатой, огромной груди. Он аккуратно, прямо как птица, складывает свои крылья к своему телу, а потом осторожно ставит меня на пол прямо перед собой.