Разбирались после драки недолго, что хорошо. Прибыл ментат и определил виноватых, на которых, собственно и легли штрафные обязательства. Дима с приятелями отделались легким испугом и нагоняем от Кудрявого, хотя и тот, под конец, сказал, мол и правильно, что рожи тем придуркам порасшибали.
Четвёртый день прошёл в приготовлениях к отъезду и Дима находился при караване, появляться в стабе уже не имелось ни причин, ни желания.
С утра пятого дня покинули Холм. Следующие два дня прошли спокойно. Тряска, шум двигателей, запах масла и топлива. На третий день подъехали к реке и началась переправа. Вот это Диме запомнилось надолго. Да и сама переправа заняла целых два дня. Пока разгрузили «бронесейфы», пока они по одному, медленно, перевалили через понтонный мост, пока переправились остальные машины, перевезли груз и «затолкали» всё обратно в «трюмы», время и прошло. В Приреченском задержались ещё на два дня, спокойных, скучных и без происшествий. Поселение располагалось чуть в стороне от переправы, на берегу реки и раньше, до провала, явно было портом, имелся и сам порт с десятком пришвартованных, разного вида и назначения лодок, названия которым Дима не знал. Дома, в основном, контейнерные, построенные из самых разных материалов, тут и кирпич и дерево. И обнесен посёлок был стеной как бы не мощнее, чем в Гвардейском. Оборонительное вооружение тоже внушало. Всё из-за миграции заражённых вдоль берегов. Здесь ещё не Обитаемый Пояс, пусть и прилично далеко уже от Приграничья. Ну а река сама по себе собирает тварей, упиравшихся в неё в своих передвижениях. Так что Приреченский, можно сказать, находился в состоянии постоянной войны. Имелись и боевые катера, нет, не армейские, конечно же, оборудованные уже здесь. Ходили они вверх и вниз по течению, разведывая на подступах приближение крупных стай и по возможности, выбивая их с воды. Торговля водным путём тоже велась, но не очень активно, всё же речные кластеры перезагружались точно так же, как и остальные и нередко, а в сущности, каждый раз, уровни воды не совпадали и образующаяся волна могла перевернуть даже немаленькое судно. Да и не так много таких вот, речных стабов. Ближайший, три недели по реке. По суше до него можно добраться за полторы.
* * *
Четыре месяца спустя. Обитаемый Пояс.
За прошедшее время и сотни километров Дима вполне освоился в караване, можно сказать, стал своим. Раскрыл два своих Дара, кинетику и эмпатию. С последней, конечно, не стал говорить обо всём, просто сенсорика, чувствую живых существ, всё. С кинетикой вышло интереснее. В одну из стычек с тварями появился Элитник, махина тонны в три живого веса, обросший броней, как танк. И пёр он как раз на «Ласточку». Врежься эта тварюга в грузовик, встали бы. Дима монстра и остановил, выставил кинетическую плоскость горизонтально. Элитнику чуть голову не оторвало, когда он на полном ходу врезался в невидимую преграду. Диму тогда тоже приложило до крови из носа и «мух» в глазах, но тварь остановилась. Добили затем уже из всех стволов. С того момента и отношение к Медоеду несколько изменилось, подтвердил, что называется, свою «квалификацию» специалиста-трейсера.