Я не верила, что мы действительно выбрались на поверхность. Снег! Как зачарованная смотрела на снег и свои ноги, утопающие в нем.
— Это как сон, — вдохнула я полной грудью морозный воздух. — Мы на воле…
Только сейчас я осознала, что подземелье было тюрьмой, в которой я томилась бесконечно долго.
— Пойдем. Нам нужно спешить, — Филипп взял меня за руку и потянул за собой.
Ноги не слушались, и я упала в снег. Лицо обожгли миллионы кристалликов, но больно не было. Я готова была кувыркаться в снегу, пока не промокну. Только, сил не хватало, чтобы хоть пошевелиться.
— Я понесу тебя, — Филипп поднял меня, отряхнул, и в следующий миг я оказалась у него на руках. — Ты слишком слаба, чтобы идти самостоятельно. Лучше закрой глаза и спрячь лицо, идти будем быстро.
Я сделала так, как он велел, — с удовольствием уткнулась лицом в его куртку, вдыхая родной, пьянящий запах. Филипп натянул мне на голову капюшон и… полетел в прямом смысле слова. Моя спина чувствовала давление воздуха, что намекало на нешуточную скорость нашего передвижения. В какой-то момент любопытство одержало верх над осторожностью, и я оторвала лицо от Филиппа и повернулась навстречу ветру. В тот же миг задохнулась ледяной волной и подумала, что умираю.
— Я же велел не высовываться, — укорял Филипп. Он поставил меня на ноги, согнул пополам и постукивал по спине, выгоняя лишний воздух. Я безбожно кашляла и продолжала задыхаться. Из глаз текли слезы.
— Я не высовывалась, а просто посмотрела, — просипела я
— Прошло? — Филипп выпрямил меня и развернул к себе лицом.
— Почти, — кивнула я, с опозданием сообразив, как ужасно, должно быть, выгляжу с красным носом и заплаканными глазами. — Далеко еще? И куда мы идем? — с вызовом спросила я.
Филипп рассматривал меня какое-то время, а потом рассмеялся.
— Ты похожа на помолодевшего Деда Мороза. Нос один в один.
— Тебе бы так, — буркнула я и отвернулась. — Кто же знал, что ты вздумаешь полететь со скоростью самолета.
— А кого я предупреждал? — он снова развернул меня к себе и неожиданно поцеловал.
Как же давно это было в последний раз, что успела забыть ощущения. Губы терзали, язык ласкал, а дыхание согревало. Он скинул капюшон с моей головы и зарыл руки в волосы, крепче прижимаясь к губам. Теперь я уже задыхалась от длинного поцелуя, но ни за что бы в этом не призналась.
— Мы почти добрались. Забирайся и больше так не делай, — предупредил он, снова беря меня на руки.
Через несколько минут стремительного полета он опустил меня на землю, и я мгновенно потеряла дар речи.
— Что это? — единственное, что удалось выдавить.