Люба, плюхнувшись в кресло у стола, уставилась на маленького и худого как палка пожилого мужчину.
— Нет, о помолвке правда, а всё остальное чушь. Я на вас в суд подам, — рыкнула девушка, сверкая глазами.
— А это сколько угодно. У нас есть доказательства, — мужчина пощёлкал пальцами по клавиатуре ноутбука, потом повернул его к девушке. — Вот, официальная страница сэра Блайна. Она открытая, заглянуть может каждый. Узнаёте фото? На ней вы и Блайн. Думаю, вам не составит труда прочитать надпись снизу. Мы ничего не переврали. Перевели слово в слово. Какие к нам претензии, госпожа Балабина?
— Вот же Тоби, козёл! Послушайте, а кто этот Клякса? Он уже второй раз в пишет о нас с Полонским.
— Он внештатный сотрудник. Приносит статьи. Если мне нравится, я у него их покупаю. Талантливый молодой человек. Кстати, с чего вы взяли, что он только о вас пишет? Больше информации вам дать о нём не могу. На этом всё. Если хотите, можете обратиться в суд. Ваше право, — пожал плечами мужчина.
— Я не хочу идти в суд. Но запомните, ещё одна статья обо мне в таком духе, и вашу газетёнку прикроют навсегда, — ехидно улыбнулась девушка, гордо вскинув голову.
Люба поднялась и, попрощавшись, вышла за двери. Редактор, встав у окна, проследил, как девица выплывает из здания.
— Привет, Витёк. Повремени пока писать о Балабиной и Полонском. Подкопи компромат. Мне нужна сенсация, Витя, — Василий позвонил начинающему журналисту.
— Приходила ругаться, Василий Илларионович? — спросил Куницын.
— Да. Но ты сделал всё грамотно. Я быстро поставил её на место. Кстати, после твоих статей рейтинг газеты взлетел. Жду новый материал.
— Уже пишется. Через два дня принесу.
Арсения покупала цветные мелки в газетном киоске на остановке и наткнулась взглядом на свежее издание местной печати. Она купила газету и отправилась домой. Там её ждал очередной заказ. Единственный за два месяца. Клиентов и раньше было не особо много, а сейчас и вовсе. В современном мире большинство людей предпочитают покупать готовые платья в многочисленных бутиках. А богатые люди, часто заказывающие наряд с иголочки, обращаются к именитым модельерам. В их городе был такой портной-модельер Григорий Франц. Личность неординарная, весьма заносчивая и скандальная, но несмотря на это, имевшая свою студию дизайна одежды. Однажды Арсения пришла к нему с моделью своего платья, наивно полагая, что кутюрье оценит её труд и возьмёт на работу. В первую очередь тот спросил, у какого мастера она стажировалась. Какой вуз заканчивала? Когда узнал, что это был детдомовский кружок шитья, дальше слушать не стал. Выгнал взашей за порог кабинета. Платье так и осталось лежать на столе Франца. Арсения забарабанила в кулаком дверь, требуя отдать своё изделие.