Я словно сорвал джекпот, но не имею морального права его потратить. В штанах всё одеревенело в тот же миг, едва я подумал о массаже груди. Но сейчас всё стало только хуже. В определённых местах я кажусь себе дубом. Не иначе.
Стараюсь игнорировать плотские позывы. Это лишь дружеская поддержка. Я просто помогаю кормящей матери, чтобы не было застоя, лакто-чего-то там… Лактостаз, вот как это называется. Ничего сексуального.
Ага, ври больше, парень!
Пальцы начинают действовать усерднее. Подбираюсь к ареолам, надавливая понемногу. С губ Даши срывается лёгкий всхлип со стоном.
По моим вискам заструился пот, как будто меня окунули в котёл с кипящим маслом. Держись, Гарик! Если ты закончишь этот массаж и не заляпаешь свои трусы эякулятом, ты будешь считаться самым стойким из всех мужчин.
— Скоро станет легче, — говорю хрипло и едва сдерживаюсь, чтобы не смять эту упругую грудь сугубо по-мужски, обладая, ставя свою печать.
Но сейчас у меня другая роль. Роль помощника. Я пока ещё балансирую на этой тонкой грани, но чувствую, что долго не смогу стереть из своей шальной фантазии эту картину. Приоткрытые губы, испускающие тихие выдохи, упругие шары под моими пальцами и остервенелое желание взять девушку.
— Мммм… — сладко стонет Даша, видимо, желая, чтобы я окончательно чокнулся. — Так намного легче.
По пальцам начинает струиться тёплая жидкость. Грудь становится мягче с каждым движением. Я начинаю дышать чаще и уже выдыхаю через рот, сатанея.
Молоко стекает по груди и по пальцам, струйками на мягкий животик Даши.
— С-с-спасибо. Дальше я сама справлюсь, — благодарит Даша заплетающимся языком. — Игорь…
Я уже не могу остановиться, действуя, как заведённый. Больше всего хочется приникнуть ещё и губами.
— Игорь…
Даша останавливает мои движения, положив пальцы на запястья, немного царапает их ноготками, привлекая моё внимание.
Останавливаюсь. Воздух дрожит жарким маревом. Пульс набатом бьётся в висках. Мои руки всё ещё лежат на возвышенностях её груди.
— Достаточно, Игорь, — мягко говорит Даша. — Мне значительно полегчало. Спасибо большое.
— Да. Конечно…
Я медленно отнимаю ладони от груди Даши. Сладковатый запах молока пьянит ещё больше. Я заведён настолько, что хватит и пары движений, чтобы сбросить напряжение. Встаю на одеревеневших ногах, возвышаясь над Дашей, как великан. Стараюсь двигаться так, чтобы мои торчащие бугром спортивные шорты оказались вне поле зрения девушки.
Но она внезапно хватает меня за бедро и притягивает к себе. Обжигает обнажённый пресс быстрым поцелуем.
— Даша…
Прежде чем я успеваю сказать ещё что-то, она стягивает с меня шорты с трусами и подталкивает к себе, к своему рту, находящемуся как раз напротив.