Зверем меня зовут за то, что я зубами могу разорвать, руками, без всякого оружия. Я могу быть беспощаден, могу быть ослеплен наживой, жаждой как настоящее животное. Мне дали эту кличку на службе. У нас были спарринги, жесткие, практически на смерть. Нам давали выбор оружия, нож, цепь, что найдешь, то и могло быть твоим оружием.
Я же вышел без ничего, не взяв никакого оружия, именно после этой драки, когда я зубами выдрал свою победу я получил это прозвище. Так что моей малышке лучше не знать эту историю. Она все переводит на эротический лад и пускай так и будет.
- Я хочу, чтобы ты меня поцеловал, - ее голос дурманил, сводил с ума. Запах нежной кожи кружил голову, я вдыхал ее аромат и не мог надышаться. Мне нужно было больше, я хотел ее всю, хотел ее чувствовать, вдыхать, дышать ее. Хотел, чтобы она стала моим ядом, наркотиком, удовольствием.
Потянув ее за волосы и заставив прогнуться в спине, я довольно улыбнулся. Ее грудь как раз оказалась напротив моего лица, шоколадные соски, такие манящие, красивые, сладкие, были возбуждены. Проведя языком по одному и услышав ее довольный стон, я втянув сосок в рот, то играя с ним языком, то прикусывая зубами.
Лика стонала и впивала в меня свои коготки, все время ерзая своей попкой на моих коленях. Я был слишком возбужден и слишком долго ждал, чтобы долго играть в такие игры.
Резко перекинув ее на спину и навалившись сверху, впиваюсь губами в ее губы. Вгрызаюсь как оголодавшее животное. Она такая маленькая, миниатюрная в моих руках. Обвивает своими ножками мои бедра. Прикусывает мой язык зубками и довольно растягивает свои губы в улыбке.
- Я скучала, - шепчет, и пытается всмотреться в мои глаза, что хочет в них найти?
- Это хорошо, - маленькая стерва, ведьма, на душевные разговоры хочет пробить. Почему женщинам так важны слова? Почему болт готовы класть на действия и только бы уши развешивать и ловить каждое слово?
- Я не это хотела услышать, - губу закусывает, и смотрит обиженно. Мы как бы вообще не болтать собирались, но кажется девчонке пофиг.
- К черту разговоры, - вхожу в нее, медленно, растягиваю и малышка прогибается в спине, практически на голову встает и стонет. Пальчиками за меня хватается. Какая же она узкая, горячая и охуенно манящая.
- Марккк, - ведьмочка, мое имя так растягивает, что готов сорваться в любую секунду. Я не привык так женщин брать, медленно, аккуратно, переживать за каждое движение. Башню сносит только так. Как же она стонет, ножками сильнее меня сжимает и царапает спину до крови.
- Быстрее, - умоляет, практически выпрашивает и я перестаю себя контролировать. Зверь вырывается наружу. Вхожу в нее быстро, резко, во всю длину.