— Тогда умрут все! — рычит Асад, поднимая над головой руку, который видимо должен был знаком к выстрелу, но спор мужчин обрывает робкий голосок Милены.
— Не надо никого убивать…
И всё на мгновение замирает.
Максим наконец-то отпускает меня, позволяет нормально вздохнуть и взглянуть вокруг. Я меланхолически оглядываюсь по сторонам и вижу, как моя сестра стоит в трех метрах от своего самого большого страха, в проеме двери и дрожит всем телом, придерживаясь за косяк. А он…рассматривает её жадным, потемневшим взглядом, словно зверь свою добычу перед нападением.
— Так вот значит где ты! — тянет Асад.
— Зачем ты пришел. Долг списан, — находит в себе силы, ответить она.
— Это мне решать, когда он будет списан! Со мной пойдешь, и все будут жить! — ставит он условия, делая несколько шагов к ней.
Милена, заметно напрягается всем телом, странно сутулится, бледнеет и мне хочется собственноручно прикончить этого подонка!
Что он ей сделал?
— Ну! — подгоняет он, и она от испуга вздрагивает.
— Амир, — тихо говорю, и сестра бросает на меня быстрый, испуганный взгляд. А я киваю.
Не знаю, поняла ли она меня, но я просто хотела ей намекнуть, чтобы она знала, что позабочусь о малыше, в любом случае. Но Милена, видимо восприняла это по-своему, поскольку в следующее мгновение, её спина стала ровней, во взгляде появился проблеск на жизнь, а подбородок упрямо вздернулся.
— Пойду! — соглашается она, с какой-то странной интонацией. — Но…прежде чем я сделаю это, хочу чтобы ты знал…Не будет такого дня, когда я не попытаюсь убить себя! — твёрдо говорит она и Асад мрачнеет. — Я буду вскрывать себе вены, грызть их зубами или любыми прочими предметами! Буду прыгать через окно! Биться головой об стену! Голодать! И каждый день тебя ненавидеть…, - выпаливает она с таким чувством, что даже моё сердце с болью сжалось.
— Хватит! — обрывает Асад, схватив её за предплечья и встряхнув. — Тогда я найду другой способ! — рычит он, на мгновение, задержав на ней свой взгляд. Такой изучающий, упитывающий, голодный взгляд, который многое обещал…
После чего отталкивает её от себя, и направляется к чёрному внедорожнику, который находился чуть поодаль парадного входа. На ходу извлекает из кармана штанов мобильный телефон и, бросив всего два слова: «Прикрой меня!», заскакивает в машину и резко срывается с места, поднимая вверх облако дыма…