Как выразился наш сценарист Алексей Простаков, — очень серьёзный дяденька, сложно говорить о чувствах, когда на тебя направлен не только объектив, но и десятки глаз.
За эту неделю, о каждой из нас, отсняли небольшой ролик. Кто такая, чем занимаешься, чем живёшь, на что живёшь и так далее. Мой ролик получился самый скудный. Мне нечем похвастаться. Я даже о работе не могу рассказать, довольно престижной, потому что попала туда по счастливой случайности, а мой уже бывший руководитель просил не распространяться об этом.
По нашей версии, я студентка, которая находится в поисках себя. Простыми словами — дура.
Обстановка резко изменилась в воскресенье. С самого раннего утра, мои соседки, словно с цепи сорвались.
— Кто занял все розетки? — раздался возмущенный голос, рыжеволосой Лиды. — Плойку, блин, некуда воткнуть.
— Воткни себе, знаешь куда, — внезапно огрызнулась Лена, выпрямляя глянцевые, платиновые волосы, что напоминают шелковистый водопад.
— Куда? — с вызовом спросила рыженькая, постукивая прибором по руке.
Я натянула одеяло на голову, не желая знать «куда» и чем всё закончится, провались в дремоту.
Проснулась, когда комната уже опустела.
Сладко потянулась и не торопясь поднялась. На комоде лежала записка.
«Поторопись недотёпа, счастье своё проспишь. Ушли на встречу с визажистом», — видимо Лена оставила. Почему-то подумалось мне.
Спокойно приняла душ и в одной пижаме: розовые штанишки и хлопковая рубашка, спустилась вниз на завтрак.
Гостиная встретила меня поражённой тишиной. Десятки глаз изучали меня недоумевающим взглядом. Слава закатил глаза.
— Доброе утро, — улыбнулась в ответ. — Кому сделать какао?
Девушки чуть не зафыркали, возмущённые моей бестактностью, а команда реалити оживилась.
— Мне кофе! — поднял руку молоденький оператор.
— Я помогу, — отозвалась Нина.
— И мне кофейку, — зевнул сценарист.
— Девочки не отвлекаемся, — хлопнул в ладони богемный визажист, и гостиная снова наполнилась звуками.
Мы с помощницей устроились в закутке: она поставила чайник и доставала чашки, я засыпала.
— Спятила? — недовольно обратился режиссер, незаметно приблизившись.
— Не совсем, — честно ответила, продолжая тянуться к верхней полке, на которой стояла заветная банка с какао.
Мужчина раздражённо выдохнул.
— Тогда почему не готовишься? Вечером уже отбор, первые съемки. Вылететь хочешь?
— Хочу, — также честно ответила, наконец, дотянувшись. Оправила рубашку и отвинтила крышку. — Но не буду. Я здесь не ради себя, сами знаете.
Слава знал.
— Отстань уже от девочки. Успеет, — вступилась за меня Нина.