- Ты только Марьяне не говори, что она психопат потерявший человеческий облик. Не хочу потом поливать деревце.
- Деревце?
- Дед рассказывал, лет триста назад, её обидел один мужик. Она и пошутила. Преобразовала его в натуральное дерево, с живым мозгом и в сознании. Потом сотню лет поливала и ухаживала. И превратила обратно в итоге. Он до сих пор жив вроде, хотя и тронулся умом.
- Бррр, жуть то какая, - передёрнула плечами Катя. – А ты спрашиваешь, почему я боялась…
- По психологии древних, можно писать бесконечные тома. Но из того что я видел, адекватные, просто выбирают себе какую-либо придурь и ей наслаждаются, отбрасывая все проблемы и пафос. А Марьяна так и вовсе, просто наслаждается жизнью.
- Ну не все же? Какая придурь может быть, например, у твоей бабушки? Она столп закона и порядка!
Я широко улыбнулся, и прошептал ей ответ на ушко. Дедушка, однажды со мной поделился, когда я задал ему подобные вопросы.
- Да-а-а ла-а-адно? Серьёзно? София Викторовна? Не верю, – шокировано посмотрела на меня Катя. Но через пару секунд, представив это пред собой, усмехнулась, а потом и рассмеялась, упав на кровать и дрыгая ногами. – Ну, ну ты серьёзно? Я же теперь не смогу по-прежнему на неё смотреть. Буду всегда представлять, и улыбаться.
- У меня была подобная реакция, - согласно кивнул, - Но потом она сжигает сотню человек заживо и, знаешь, как отрезало.
- Тоже верно. Но ты меня немного успокоил, в кино и книгах, любят древних выставлять премудрыми старцами или психопатами.
- Обычно - они просто люди, хотя и странные. Но есть и такие крайности, куда же без этого. Так к ним и относись. Дедушка вот любит повторять, старый прикол, что первая тысяча лет в жизни мальчика, самая сложная.
- Кстати о долгоживущих. Как ты думаешь, целительница знает, что можешь поднимать ранг? Если ты говоришь, что она тебя очень много лечила, должна предполагать, хотя бы.
- Думаю да. Если кто и знает, так это она. Ревнуешь?
- Конечно! С этим её шутками, которые не совсем шутки, судя по всему. Имею право.
- Искорка, если Марьяна решит затащить меня в постель, она затащит. Так же, как и тебя, или нас обоих вместе. Ты согласна?
- Но это же насилие… - обиженно пробормотала Катя, тем не менее не став отрицать очевидного.
- Это наверное самая мягкая форма насилия, которой мы можем подвергнутся в нашем мире. Не стоит сильно переживать.
- Просто если она тебя затащит в постель, ты уже на меня смотреть не станешь… - тихо пробурчала Катя.
- Ты моя любимая Искорка, а она древнее хтоническое нечто, способное, ради веселья, делать из людей деревья. Нафиг-нафиг! – оборонительно, поднял перед собой ладони я.