Нинкин юбилей (Никитин) - страница 13


С этими мыслями я допил воду, и с выпитой водой, как бы влил в себя новую уверенность, закрепил её в себе! Решившись, я стал собирать сумку.


– Куда это ты? – видя мои сборы, спросила жена, выйдя в коридор. Её лицо еще хранило злость, но вместе с тем и некую примиренческую настороженность.

– Ну а что сидеть? Пойду в гараж, работы полно. Может на озеро проскочу, посижу с удочкой… – решительно и по-деловому изложил я свои намерения.

– Мы на дачу собирались, не помнишь? И там работы полно… Убирать надо всё с огорода, подвал надо подготовить, а он – «с удочкой»!


Я отложил сумку:

– Могу и на дачу! Если хочешь, – собирайся, поедем! Схожу в гараж, возьму машину, заеду за тобой, минут через сорок… Так как, поедешь?

– Поеду!.. – сухо ответила жена, и я, накинув куртку, вышел из квартиры.


День разгорался. С первыми лучами солнца улетучился туман. Деревья светились яркими шарами, роняя свои листочки-раскраски на мокрый еще от утренней росы асфальт. Такие дни лучше всего проводить на природе. Ещё можно насобирать грибов, гуляя по светлым рощицам, пошуршать опавшей листвой.

«Да, на дачу сейчас – самое то! Прогрести газоны, убрать листву, да и посидеть в тиши и покое, тоже полезно! – размышлял я, топая в гараж.


Придя в гараж, я собрал необходимые мне инструменты, и как и обещал, через сорок минут подъехал к дому. Решив, что надо забрать из дома сумку с едой, еще и разное старье, которое увозим на дачу, я не стал звонить, и поднялся в квартиру.

При первом взгляде на жену, я понял, что случилось что-то «из ряда вон». Она сидела в коридоре, на тумбочке под обувь, с красным, распухшим от слёз лицом, безвольно опустив руки на колени.


– Что не так? – спросил я после секундной паузы.

– Коля… умер… – судорожно сглотув, выдавила жена трясущимися губами, – сегодня утром. Нина десять минут назад позвонила…

– Ну, ё-моё! А что случилось? Вчера, вроде…

– Не знаю, сказала, что в реанимации, утром… На «Скорой» увезли… Наташке-секретарше звонила, та говорит, что Коля месяц назад лежал в кардиологии, с сосудами у него проблемы были… А тут выпил, – видел же, как вчера «набрались», – а утром плохо стало, просил у Нинки пятьдесят грамм – похмелиться, – на дала! То ли тромб оторвался, то ли спазм какой… Врач со «Скорой» так и сказал – «дали бы рюмку водки, – жив бы остался» Горе-то какое! – сквозь слёзы рассказала жена.


Я присел тут же, возле двери. Сидел, мял кепку в руках, что-то запредельно трагичное было в этой всей истории… Жена тихо плакала, утирая ладонью слёзы.


– Да-а-а, дела! Что, поедем к Нинке, может помощь какая нужна?..