— Ничего, мисс, — Зори погладил меня по голове. — вы устали, испугались. Все будет хорошо.
— Не будет, Зори… — всхлипнула я. — Я не смогу…
— Не смогу что? — пророкотал в комнате голос Стоуна.
Инквизитор стоял в гостиной сощурив глаза и разглядывал следы моей душевной слабости. Цепкий взгляд упал на осколки, застрявшие в ворсе ковра. Потом инквизитор уставился на меня.
— Зогр, миссис Пиркс необходим твой совет, — заявил метаморф.
Зори не двинулся с места, пытаясь загородит меня от инквизитора. Мой маленький опекун, самопровозглашенный защитник.
— Зогр? — в голосе Стоуна послышались нотки рычания дикого зверя.
Зори только мотнул головой в ответ. Не уйдет. Он костьми ляжет, спасая мою жизнь. Сначала в подворотне. Теперь здесь.
— Да не обижу я твою, мисс! — рявкнул Стоун. — она сама кого хочешь обидит! Быстро вышел из комнаты!
Зори открыл рот, желая выразить свой протест, но не решился. Я осторожно потянула его за рукав рубашки, давая понять, что отпускаю. Зори обернулся, прижав уши к голове и прошмыгнул к двери, оставив меня наедине с инквизитором. Вот и все. Вот и конец, который ждет таких как я. Я потеряла интерес к происходящему. В душе появилась апатия, в теле смертельная усталость. Я равнодушно наблюдала, как Стоун садится в кресло напротив, как закидывает ногу на ногу.
— И как вам ее зов? — обратился ко мне инквизитор. — Когда я впервые ее услышал, то тоже испугался.
— Что? — я моргнула и уставилась на мужчину.
Стоун покачал ногой и улыбнулся, сверкнув глазами в свете лампы.
— Вы все отлично слышали, мисс.
Я тряхнула головой, переваривая услышанное и пытаясь понять шутит собеседник или нет.
— Но вы… Я думала, оборотни не страдают такой проблемой.
— Да? — Стоун снова усмехнулся. — не думали же вы, что зов тьмы дано слышать лишь призрачным магам?
Стыдно сказать, но так я и привыкла считать.
— Нет. Но это же удел темных магов… она их зовет, они за ней идут…
— А все остальные слеплены из другого теста? — продолжал удивляться Стоун. — Забавно. Не думал, что вы так наивны.
Это его заявление меня задело. Стало обидно и больно. Я тут страдаю, посыпаю голову пеплом, а он глумиться надо мной!
— А что я должна думать? — вскакивая на ноги, выкрикнула я. — Что? Мне с детства твердили, что призрачники адепты тьмы. Они беззащитны перед ней. Что они чудовища! Каково жить, зная, что ты чудовище…
— Как люди именуют оборотней, мисс? — глядя мне в глаза, спросил инквизитор.
Неприятный взгляд. Холодный, въедливый, цепкий. Я поежилась, делая неосознанный шаг назад.
— Что? К чему это?
— Говорите! Или боитесь?