– Такая сладкая, – в ушах эхом отзывался тот самый голос. Он был слишком реален, чтобы казаться воспоминанием. Я готова поклясться, что слышу за спиной его дыхание.
Отбежав вглубь помещения, оперлась о стол и закрыла глаза. Слезы уже собрались и готовы были пролиться на волю. В отличие от меня, они по-настоящему жаждали свободы и не останавливались ни перед чем. Первая слеза упала на мой ежедневник, который я положила перед собой минутой ранее. Бесконечный поток влаги застроился по моим щекам, словно водопад. Соленые реки все текли и текли, но мне так и не стало лучше. Никакого освобождения не было. Я оставалась все той же беспомощной, беззащитной Мери, оказавшейся в ловушке. Сзади послышался шум открывающейся двери. В этот момент в моей больной голове что-то щелкнуло. Я окончательно выпала из жизни и снова стала пленницей того кабинета…
Все повторялось. Тот же стол, заваленный бумагами, те же шаги за спиной и монотонное тиканье наручный часов. Боже, я действительно, их слышала! Зажав рот ладонью, дабы не закричать, медленно повернулась. Мне было слишком хорошо известно, что он не сжалится и не отпустит. Насилие повторялось всегда. Снова и снова. Каждую ночь, когда я оказывалась здесь.
Он замер в метре от меня. Стоял и смотрел так, словно никогда раньше не видел. Его взгляд не выражал ничего, кроме смятия. Но я-то знала, что это всего лишь маска. Он спрятал свое истинное лицо за ложным образом, который должен ввести меня в заблуждение, заставить поверить ему.
– Мери? – слышать из его уст свое имя было так непривычно, словно его произносило существо, не умеющее разговаривать. В какой-то момент мысли немного прояснились. В голове возник вопрос: «Откуда ему известно мое имя? Я же его не называла…». Но смятение прошло в следующий миг, когда он приблизился ко мне вплотную. Мое лицо оказалось на уровне его груди. Перед глазами маячил узкий шелковый галстук. Я почувствовала аромат мужского парфюма (не тот, что раньше). На этот раз он не был таким острым и приторным. От него не пахло алкоголем и дымом сигарет, от которого я сразу же начинаю задыхаться.
Все эти признаки твердили о том, что это не сон и не воспоминание. Передо мной стоит реальный Лебедев, но я была еще не готова воспринимать все это. Мой мозг блокировал любую информацию. Я чувствовала, что-то не так. Раньше все происходило по стандартному сценарию, без каких-либо изменений. Он говорил о том, как мне будет хорошо с ним, шептал что-то невразумительное, после чего я не чувствовала ничего, кроме острой боли внизу живота и в области сердца. Но сейчас… Сейчас, я не понимала, что происходит и, что будет потом…