Шагов через двадцать я вдруг решаю обернуться. Не знаю, что сподвигло меня на это, может интуиция, или просто хотелось убедиться, что за мной никто не наблюдает. И застываю на месте.
Потому что ко входу в отель деловитой походкой вышагивает Юлька.
Юлька, здесь. Направляется в отель, в котором живет Бергман. Одетая, словно на важное мероприятие. Укладка, макияж, бордовый костюм и высоченные шпильки.
Совпадение?
В такое совпадение, да еще с Юлькиным участием, мне сложно поверить.
Неужели решила удостовериться в моих словах и завести с Бергманом разговор о Верочке? Или еще хуже, идет к нему с совсем другими целями? А что? Бергман мне наврал, что не имел с ней дела, а сейчас, когда я убежала, вызвал к себе.
Юлька скрывается за дверью, а я недолго думая поворачиваю следом. Ноги сами несут, против воли. Просто посмотрю, что она будет делать дальше и тут же уйду.
Проскальзываю в холл через охранника, который не обращает на меня особого внимания, ведь я совсем недавно уже маячила перед ним. И тут же прячусь за колонну. Достаю телефон и делаю вид, что кому-то звоню, а сама осторожно выглядываю из-за колонны и пялюсь во все глаза на Юлькину спину.
С моего места мне хорошо видны холл, ресепшен, а также выход к лифтам.
Юлька стоит у ресепшена и спорит о чем-то с администратором, той самой девушкой, с которой меньше часа назад разговаривала я сама. Именно спорит. Происходящее ей не нравится, потому что она нервно выстукивает по полу то одним каблуком, то другим, и барабанит пальцами по столешнице.
Она всегда так делает, когда ее что-то раздражает или бесит.
— Что за дурацкие правила! — восклицает довольно громко, так что и до меня долетает.
Я понимаю, что администратор не пускает ее, потому что ей не назначено.
Значит, Бергман не звал ее и Юлькин приход сюда — это полностью ее инициатива. Мне отчего-то приятно, хотя в общем ракурсе от этого не легче.
Именно сейчас, в этот самый момент я вдруг отчетливо осознаю, что долго скрывать существование Верочки у меня не получится. Не получится, потому что если Бергман до сих пор не знает о ней, то рано или поздно все равно узнает. Скорее рано. Не Юлька, так Илона доложат. Отчего-то я уверена, что личный помощник Бергмана обязательно соберет досье, так, на всякий случай.
А потом они сопоставят эту информацию с моим рассказом о беременности двухлетней давности и….вдруг захотят проверить?
Юлька резко разворачивается и, чеканя каждый шаг, идет в мою сторону. Лицо разгневанное, но она ничего не может поделать. Правила строгие и дальше ресепшена её не пропустили.