-потерпи, моя хорошая. – шепчет, кусая мочку уха.
Это какой-то психодел. Внешне это прежний Игорь, но то, что он творит – это безумие и жестокость маньяка.
Кончив, гладит мои волосы, целует в плотно сомкнутые губы, идет в ванну, споласкивает член в раковине, застегивает штаны и идет к двери.
-вернусь через пару часов. Умойся как-то к этому времени. – милым голосом указывает мне и уходит, снова закрыв дверь.
Лежу распластанная на полу, смотрю в потолок, заливаясь слезами, которые щипают раны на лице, заставляя их пульсировать. Как до этого дошло? Что случилось с моей жизнью и моим браком, с моим мужем? Сил нет, переворачиваюсь на не пострадавший бок, подкладываю руки под голову и засыпаю.
Просыпаюсь от лязга ключей за дверью. Тяжело разлепив глаза, точнее, один глаз, подползаю к стене, облокачиваюсь на нее, равнодушно глядя на дверь. Игорь входит в комнату в костюме, недовольно оглядывает меня, морщится.
-я же сказал тебе помыться. – подходит ко мне, наклоняется, берет за лицо, сжимая челюсть.
Ничего не отвечаю, с вызовом глядя ему в глаза.
-ты еще и не поела. – пинает полную тарелку, та врезается в стену, содержимое разлетается, я вздрагиваю от звука. – Так не пойдет. Когда ты забеременеешь, ребенок не должен голодать. До завтра больше не будет еды, чтобы ты проголодалась и больше так не делала. Извини, но придется преподать тебе урок.
Хватает меня подмышки, поднимает на подкашивающиеся ноги, тащит в ванну, включает воду, затыкает слив какой-то тряпкой, ждет, пока раковина заполнится, хватает меня за волосы и резко окунает лицом. Не успеваю вдохнуть, от неожиданности и испуга подкашиваются ноги, бью руками по сторонам, хватаюсь за раковину, пытаюсь высвободиться, оттолкнуться, но Игорь держит крепко. Когда я уже готова вдохнуть воду, вытаскивает мою голову, бьет по щекам.
-на меня смотри, на меня. – судорожно дышу, хватая воздух. – ты должна слушаться, Аня.
Толкает меня обратно в комнату, спотыкаюсь о порог на лету, падаю на колени, обдирая кожу, пытаюсь уползти к открытой двери, но он хватает меня за ноги, тянет по полу на себя, обдираю подбородок руки, ногтями пытаюсь схватиться за пол, ломая их до крови.
Чувствую мокрую тряпку, которую он пихает мне между ног, грубо вытирая промежность. Знаю, что будет дальше, молю остановиться. Пальцы больно впиваются в кожу, дергает на себя, наваливается сверху, вжимает в пол лицом, двигает бедрами, пытаясь войти, пока я яростно, но тщетно брыкаюсь ногами, стирая кожу. Толчок, от которого я вою, срываюсь в непрекращающийся плач, пока он опять насилует меня по еще не зажившим ранам. Словно внутрь вонзается кинжал, разрезая до мяса и двигается по живой плоти. Когда же это прекратится?