Чаще всего он отправлял меня домой с водителем, изредка я отправлялась гулять с Ташей, стараясь помнить слова Буйного о том, чтобы не становиться похожей на однотипных девиц. Но я и не собиралась превращать себя в эталон красоты, который был навязан модным течением. И хоть я знала свои несовершенства, предпочитала оставаться при них.
Оставаться собой.
Такой, какой я нравилась Марату…
Я верила, что со мной он был совсем другим — более открытым, чувственным, способным на широкие жесты, умеющим прислушиваться…
Как оказалось, не всем нравились изменения в жизни Марата.
***
Однажды в доме Буйного объявился Шамиль…
Он появился в момент, когда Марату понадобилось срочно уехать, а в доме находилась прислуга. Часть работы по дому я делала сама, поэтому теперь Хаят не появлялась совсем, и даже Назира приходила реже.
Услышав голос Шамиля, разговаривающего с кем-то по телефону, я нахмурилась.
— Вы впустили Шамиля? — спросила у Назиры, протирающей нижние полки от пыли.
— Впустила. Разве нельзя было это делать? — с удивлением отозвалась Назира.
— Шамиль больше здесь не живет.
— Запамятовала, — улыбнулась она. — Столько изменений: Хаят больше не нужна, я тоже меньше по дому делаю, чем раньше, Шамиля пускать нельзя. Все сразу не запомнишь. Прошу прощения, если что-то пропустила. Мы привыкли к другому укладу.
Она была в курсе того, что Шамиль больше не живет с Маратом в одном доме. Если она знала, то зачем впустила его?
Назло мне?
Глупость какая-то… Или Марат урезал ей жалованье?
— В следующий раз спрашивайте, — вежливо попросила я и решила удалиться на кухню, чтобы закончить начатое.
По правде говоря, настроение уже было не такое радужное, однако бросать дело на половине пути я не привыкла. Тесто на блины уже было заведено, я не стала откладывать готовку в сторону, и отвлеклась от неприятных мыслей на время.
— Привет, девочка Марата, — внезапно послышался мужской голос.
Тело напряглось от звука голоса Шамиля. Я сняла со сковороды последний блин и опустила его на тарелку.
— Даже не скажешь «привет»? Совсем невежливая, — зацокал языком. — Назира говорит, что Хаят здесь больше не появляется, сама она реже приходит. Вижу, что ты решила все под себя изменить?
— Об этом тебе стоит говорить с Маратом. Не со мной.
— Зачем сотню раз обсуждать то, что мне и так известно? — снисходительно улыбнулся Шамиль. — Ты в постели моего старшего брата ненадолго.
Он подошел ко мне и опустил ладонь на локоть, толкнув на себя. Его действия были такими быстрыми и внезапными, что я едва успела выставить ладони. Они коснулись груди молодого мужчины.