— Я все понял, понял… Я…Я… Батю позовите, я брошу… Честно.
— Да мне на тебя плевать, — говорю ему совершенно спокойно. — И им тоже, — махнула головой в сторону Игната, — второго шанса не будет. Это край. — Убираю шприц, закрываю его колпачком и бросаю на стол к остальной куче.
Выхожу из комнаты. За мной выходит Игнат.
— Ну ты даешь…, - тянет он, — и где делась та милая девочка, которая пришла к нам месяц назад?
— Умерла на стройке, — бурчу я.
— Вы с ним точно — одна Сатана, — смотрю Игнату в глаза. А сказать нечего. Может Самаэль и правда впустил в меня своего демона, или это не болезнь, и не передается половым путем?
Возвращаюсь обратно в кабинет. За мной заходит Андрей.
— Я правда стала сукой? — спрашиваю у него. Он только пожимает плечами. — Я спрашиваю твое мнение, как у человека, а не работника.
— Я думаю, чтобы сидеть в этом кресле, нужен стержень. А, будь ты слабой, безвольной и бесхарактерной босс бы просто не обратил на тебя внимание.
Вспомнила про Сашу… Пора ехать домой, к мужу. Прерывисто вздохнула и улыбнулась.
Привез меня Андрей домой в начале третьего ночи. Понятное дело, что Саша спал. Поставила будильник на пять утра, чтобы собрать ему еду в контейнеры и отправить на тренировку. Я хочу хоть как-то показать ему, что благодарна за то, что он отстаивает мое право на жизнь…
Приняла душ и тихонько подлезла в нему. Обняла и сразу вырубилась.
Мне не понадобился будильник. Я почувствовала, как он ласково погладил меня по голове, поцеловал в щеку и что-то одел на палец. Встал и пошел в душ. За окном светало, я разлепила глаза и пошла на кухню. На столе в вазе стоял огромный букет белых роз. При включенном свете рассмотрела кольцо. Очень нежное, тонкое, но с крупным бриллиантом. Стою улыбаюсь. И не заметила, как в кухню вошел Саша. Обнял меня со спины и положил голову мне на плечо.
— Нравиться? — как я соскучился за ней. Вроде и спим вместе, но так не хватает общения, объятий, ну да, и секса тоже. Но, чем больше неудовлетворенность, тем сильнее агрессия в клетке.
— Очень, — разворачиваюсь в его руках и целую в губы. Обняла за талию и как можно ближе прильнула к нему.
— Ты чего поднялась? Я разбудил?
— Нет, я и сама будильник ставила на пять…
— Зачем?
— Ну, ухаживать за мужем — теперь моя прямая обязанность, — и мило улыбаюсь. — А то приедет свекровь и скажет, что сы́ночка ее похудел при новой невестке…
— Уверен, что мать тебя зацелует и залюбит только за то, что ты есть… Я думаю, что она смерилась с мыслью, что я — вечный холостяк.
— Так может зря все это?
— Ты что? Это самое правильное решение, которое я принимал в жизни… И я ни о чем не жалею. — Ева тяжело вздыхает. Я понимаю, что она ждет слов любви, но что-то внутри не дает мне их сказать, хотя однозначно, я это чувствую.