– Привет, – донёсся испуганный тихий голос, и снова тишина.
– Вась, прости меня, – у мужчины сдавило горло и подогнулись ноги в коленях от накатившей слабости. Он осел на кровать с едва слышным стоном. Кол в боку зверски зашевелился. – Прости, что я далеко.
– Ты рядом, – из динамика донёсся всхлип. – Скажи, что у тебя всё хорошо.
– Без тебя всё плохо, Вась. Я не могу без тебя. Не могу вернуть себя без тебя. Я остался с тобой.
– Ты со мной. Я знаю. Скажи, что у тебя всё в порядке. Пожалуйста, скажи.
– Всё в порядке. Я взял интервью у Лёли.
– Я читала, – тихо сказала Васька, и Гоша услышал прерывистый вздох. – Я не знаю, как жить без тебя.
– Я приеду. Скоро, – пообещал он, отчаянно жалея, что не может прыгнуть в машину и помчаться за тридевять земель прямо сейчас. Проклятая дыра в боку мешала сидеть, стоять, двигаться.
– Приезжай. Я пролежала твою раскладушку, – хлюпнула Васька.
– Греешь для меня? – улыбнулся Гоша.
– Да.
– Вась, не плачь.
– Они сами текут. Обними меня, – попросил она.
– Обнимаю крепко, – Гоша закрыл глаза и ощутил тепло в груди. – Обнимаю и не отпускаю. Вась…
– Что?
– Я люблю тебя, – выдохнул он, вспыхивая спичкой и сгорая. В динамике стало тихо. Исчезло даже дыхание, но связь не прервалась. – Вась…
– Да, – ответил испуганный голос. – Я…
– Просто знай об этом и всё. Хорошо?
– Хорошо. Скажи мне правду, ты в порядке? – неожиданно уверенно спросила Васька. – Только честно.
– В целом – да, если не считать беспорядка в голове, дырки в боку и тебя в сердце.
– Дырка в боку? – заорала она так, что оглушила Гошу. – Аллигатор, я убью тебя. Всё у него в порядке. Дырка в боку.
– Аха, как у ёжика в песенке. Теперь хожу и посвистываю. Вась, не шуми. Маленькая дырочка, – радовался он тому, что Васька ругается. Пусть шумит, только не впадает в депрессию.
– Это я виновата. Не надо было тебя отпускать.
– Надо, Вась. Ты спасла меня. Только не делай глупости. Ты же сейчас не делаешь глупости? – насторожился Гоша.
– Не делаю. Я жду тебя с этой целью. Я научу тебя пользоваться перфоратором и лобзиком, а ты будешь носить меня на руках. Я перезвоню. Пойду работать, меня уже зовут, – врала она без зазрения совести, потому что хотела плакать. – Обнимаю тебя.
– Люблю тебя…
Гоша лёг на кровать, не соображая, что происходит. Тревога закралась в душу. Васька что-то скрывала. Он ненавидел тайны, но тоже скрывал, что сейчас в его жизни и душе царил полный бардак. Перезвонив Сэму и Мизинчику с этого номера, Гоша провалился в темноту от болевого шока. Заплатка на боку пропиталась кровью. Он забыл принять прописанные лекарства.