Губа дрожала, не желая слушаться. Я закусила ее, и теперь задрожал подбородок. Ещё чуть-чуть и из закрытых глаз хлынут слёзы.
— Эй-ей, Делия, — мягко произнесла Лиллайа, — Так больно, детка?
— Да, — шёпотом ответила я теперь совершенную правду, и две огромные слёзы скатились по щекам, капнули на сложенные на груди руки.
— Уже всё, я закончила. Нужно немножко подождать, чтобы не испачкать одежду. Пары минут будет достаточно, — она осторожно погладила меня по плечу. — Я оставлю тебя. Отдыхай.
Проект обречён. Слёзы устремились к подбородку. Всё так и есть.
Я бросила футболку на круглый каменный стол, он был ледяным, и легла на него грудью, давая спине высохнуть, ещё влажные волосы рассыпались вбок. Обхватила руками голову, шёпотом крича. Как же больно. И спина ещё. Хотя нет, пусть лучше больно будет спине. Пусть отвлекает. Пусть перебьёт.
Только почему-то это никогда не работало. И ещё ни разу попытка заменить одну боль другой не принесла мне облегчения.
Сжала в кулаке медвежий амулет: так это ты помог или наоборот? Или ты оберегаешь меня от моего будущего? Сейчас не узнать.
Это и впрямь такая странная судьба? В который раз все повторилось сначала? Во второй? В третий! После третьей неудачной попытки в делах моя мама обычно оставляет затею, не желая идти против мироздания. Сейчас и я должна поступить так же! Горячие слёзы падали на ледяной стол, и я всхлипывала в голос.
Снаружи меня кто-то позвал.
— Кто? — раздраженно хлюпнув носом, отозвалась я.
— Делия! — голос был низким и взволнованным.
Бадра. Ужасно назойливый.
— Убирайся, Бадра, — невежливо выкрикнула я двери, и уронила голову снова. Прошептала, давясь слезами: — Не хочу никого видеть!
— Делия? — услышала рядом. Как я могла перепутать…
— Что? — прошептала, не поднимая головы, беззвучно сотрясаясь.
— Ты… Больно?
Если бы ты только знал, как. Но, слёз вдруг стало меньше.
— Ты сильно пострадал? — чуть повернула я голову, незаметно утерев нос.
— Не очень.
— Не очень?
— Несколько скрепок и сломанных рёбер.
— Несколько?
— Не очень много. Не беспокойся об этом.
Я осторожно, не оборачиваясь, распрямилась, прижимая футболку к груди. И прошептала:
— Спасибо, что спас меня.
Встала, повернулась. Господи, я почти голая. С прижатой локтями футболкой. Не так я хотела, чтобы ты впервые увидел меня раздетой.
— Это твоя заслуга, что ты вытащила нас оттуда.
— Будем рассыпаться во взаимных благодарностях?
— А как бы ты хотела? — усмехнулся, и глаза, наконец, улыбнулись.
— Мне нужно одеться, — почти улыбнулась в ответ.
— Помочь?
— Нет!
— Выглядит ужасно, — кивком показал на спину.