И что с того, что она похожа? Они совсем не похожи.
Итан заплатит за то, что поднял тему прошлого и заставил ее уйти.
— Слышал, что ты приобретаешь лошадь, — я подношу вилку ко рту и не спеша смакую еду.
Тот факт, что я бросил туда кость, достаточно, чтобы привлечь его внимание. Итан замедляет жевание и смотрит на меня.
Сохраняя бесстрастность, я продолжаю:
— Арабский жеребец. Впечатляет.
Агнус делает паузу, читая, как я предполагаю, отчеты на своем телефоне.
— Ты не должен знать об этом.
— Очевидно, знаю. Не только у тебя есть внутренняя информация, и знаешь, что, Итан? Считай, что я ее купил.
— Ты даже не любишь лошадей, — Итан положил руки на стол.
— Это не значит, что я не могу ее получить.
— Тогда я мог бы рассмотреть тот участок земли в Нортгемптоне, за которым ты присматриваешь, — Итан съедает еще одну ложку еды. — Мне даже не нравится недвижимость в Нортгемптоне, но это не значит, что я не могу ее получить.
— Возьми что-нибудь из моего, и я возьму десять взамен. Даже твоя дочь теперь носит фамилию Кинг.
Эльза опускает голову и продолжает есть молча, предпочитая оставаться в зоне неловкости. В этом разница между ней и Эйденом. Если бы мой сын был здесь, он бы уже час назад увел ее. У него нет ни капли терпения на то, что, по его мнению, его не касается.
— Как насчет Авроры? — Итан приподнял бровь.
Десятилетия, которые я потратил на совершенствование своего фасада, теперь пригодились. Я делаю вид, что меня это не трогает, хотя мне хочется воткнуть нож в оба его глаза, чтобы он больше не смотрел на нее. А еще мне хочется закрыть ему рот, чтобы он больше не произносил ее имя.
Я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не повалить его на землю и не вбить в него хоть немного здравого смысла. Вместо этого я спрашиваю своим, казалось бы, отстраненным тоном:
— А что с ней?
— Она теперь часть игры?
— Папа... — Эльза смотрит на него умоляющими глазами. — Ты сказал, больше никаких игр.
— Я не могу отступить от вызова. Разве не так, Агнус?
Его собака на коленях кивает один раз, все еще сосредоточенно глядя на свой телефон. Он не притронулся к еде с тех пор, как мы сели за стол. Агнус из тех чудаков, которые редко едят и выживают за счет милостей Итана, или что-то в этом роде.
Я должен был знать, что, когда одиннадцать лет назад стало известно, что Итан умер, Агнус не остановится на этом.
Он практически воскресил его из мертвых.