Проклятье речного змея (Райская) - страница 7

— Знаете, что, Агрипина Саввишна! — зарычал он. — Собирайте вещи! Хватит с вами нянчиться! В понедельник с приставами выселять вас приедем!

— Ой! — воскликнула Мариночка, вкатившая в кабинет тележку с пузатым самоваром и чашками.

— Выселять? — как-то очень тихо и со странной улыбкой переспросила Усольцева. Дмитрий мог поклясться, что его речь совершенно не напугала бабку, разозлила только.

— Именно! — Дмитрий поднялся, огромной скалой нависая над хрупкой старушкой. — Сроку вам три дня, слышите? Хватит уже хороводы водить, мне для людей строить нужно. А сейчас прошу покинуть мой кабинет.

И, возможно, именно в ту секунду он совершил самую глобальную ошибку своей жизни, указав Усольцевой на дверь.

— Я-то уйду, а ты вот скажи, тебе леса не жаль? Речки? Живой землицы, что силу каждому живущему дает? Умрет она, как только ты ее в асфальт свой запакуешь, — горько вздохнула бабушка.

— Вот только не надо мне тут сказок! Я в них не верю и вам не советую! Ничего с вашей землей не случится, еще лучше станет! — прикрикнул Заречный. Где-то в районе стола снова ойкнула Мариночка.

— Значит, не веришь в сказки? — прищурилась бабка.

— Не верю.

— Что ж, не договорились, значит…

— Не договорились! — Дмитрий и сам не понимал, почему так завелся.

— Придется поверить. Времени теперь у тебя много будет. — Заречный моргнул, на секунду ему показалось, что глаза Усольцевой засияли, словно лампочки на новогодней гирлянде. Чертовщина какая-то!

Бабка опустила на край стола свою сумочку и протянула к Дмитрию руки. Конечно, с сухих морщинистых пальцев не сорвались искры, но вот гром за окном при ясном небе заставил его вздрогнуть.

— Матушка землица наша, прими на службу стража. Лишь водицы он коснется, змеем тотчас обернется! — громко произнесла Агрипина Саввишна, а потом вдруг подошла и дунула в лицо опешившему Заречному. Правда, для этого ей пришлось задрать голову.

— Знаете, что, уважаемая! До понедельника! — заорал он так, что на столе опрокинулась на бок сумочка старушки.

— Это вряд ли, — усмехнулась та и почти участливо похлопала по плечу. — В понедельник тебе не до меня будет. А ты, мил человек, — вдруг обернулась она к Потемкину. — Оставь в покое дочерей человеческих. Не туда смотришь.

— А куда мне смотреть-то, бабушка? — весело хмыкнул Антоха, но руки от пятой точки напуганной Мариночки все же убрал.

— В воду смотри. В воду. Там судьбу свою встретишь.

И больше не сказав ни слова, загадочная посетительница покинула кабинет директора строительной компании.

Первой, как ни странно, отмерла секретарша. Мариночка с испугом взглянула на Потемкина и попятилась. Впрочем, и на Заречного она тоже смотрела с испугом, а, может, с жалостью. Кто их, женщин, разберет. Притворство, алчность и ложь Дмитрий давно научился определять сразу, а вот с искренним сочувствием, симпатией и участием сталкиваться приходилось гораздо реже.