— Слушай, еще вчера хотел спросить, что такое сапоги всмятку? — спросил он, с удовольствием наблюдая, как мейра грызет луковые сухарики.
— Хммм? Ну, — она прикрыла нос ладонью, потом махнула рукой. — Ладно. Берешь сапог, кладешь в него фляжку с углями, и заливаешь сапог до половины водой. Когда вода закипит, опускаешь туда завязанные в носок куриные яйца. Получаешь яйца всмятку. Заодно помыл изнутри сапоги и носки постирал.
Но Энгвард уже хохотал, сгибаясь над столом.
— Что? — вытаращилась мейра, но она смеялась тоже.
И вдруг рядом прозвучал мужской голос:
— Мейра Эва Ратмар? Какими судьбами здесь? Привезли новобранцев?
Эва тут же перестала смеяться и напряглась. Перед их столом стоял какой-то тип в военной форме с командирскими нашивками.
— Мейр Норис, — кивнула она ему. — Нет, я здесь по делу.
А тот смотрел на нее, на ее одежду без знаков отличий, и у него лицо менялось. Наконец проговорил:
— Мейра Эва, что с вами случилось? Я могу чем-то помочь?
Энгвард готов был прибить его за это, но Эва быстро сказала:
— Я в порядке. Всего доброго, мейр Норис.
Потом, когда мужчина отошел, она так и сидела, выпрямившись и уставившись в одну точку. Энгвард еле сдержался, чтобы не размазать этого типа, просто понял, что для нее это вопрос самолюбия. А еще он понял, что должен как-то переломить это. Решение пришло сразу.
— А ты была права, мейра, — сказал он, сцепив руки над столом.
— Что?
— С Разломом творится что-то неладное.
Вот сейчас женщина повернулась к нему. Она хмурилась, но в глазах появились проблески интереса.
— Я собираюсь после этого отправиться в Хранилище. Посмотреть, что по этому поводу есть в старых книгах и летописях, — Энгвард говорил медленно и цепко отслеживал ее реакцию, наконец выдал: — Могу взять тебя с собой. Если хочешь. Если нет…
— Я пойду с тобой! — она даже договорить ему не дала.
Оживилась, глаза загорелись, а его наконец отпустило гвоздем засевшее в груди беспокойство. Как раз в этот момент принесли их заказ, и настроение сразу улучшилось.
— Хорошо, — сказал он, пододвигая к себе большую тарелку рубца*. — Но там холодно, наденешь меховой плащ.
— Угу, и еду возьмем с собой! — заметила мейра, деловито принимаясь за мясной рулет.
С минуту они сосредоточенно жевали, потом Энгвард спросил:
— А каша из топора?
— Не все сразу, Страж, — шевельнула она бровью. — Это я расскажу как-нибудь потом.
* * *
Спустя полчаса они вышли оттуда с большой корзиной еды. Теперь надо было зайти за меховым плащом для Эвы, и был еще один морально-этический вопрос. Дело в том, что до этого момента ни одна из жен Стражей еще не заходила в Хранилище. Но ведь ни одна из них и не была мейрой. В конце концов, он решил, что все бывает впервые.