***
Энергия, такая манящая, кружит в воздухе, стекаясь к тридцатой, будто по специальным иллюзорным трубкам. Они тянутся ко всем драконам в зале. Энергия этих драконов меркнет. Я вижу это.
Я сбегаю по лесенке, ведущей в зал.
Здесь вместо мест, как в обычном театре, столики, за которыми сидят, точнее, уже лежат на полу драконы. Здесь такой мрак, что просто ужас. Темнота одна. Как тут драконы ориентируются? Лишь отдаленный свет со сцены освещает пространство. Меня кто-то толкает. Рука цепляется за ткань. Белая полоска кружит в воздухе и оседает на пол.
Многие из них сопротивляются и пытаются отползти. Некоторых выносят их сопровождающие люди.
Я несусь туда, где чувствовала Вэйланда. Нахожу его столик. Тобиас сидит, положив голову на руки. Обездвиженный, но еще дышащий. Его энергия слабеет с каждой секундой. Все же я его вымотала. И из-за меня он сейчас не может собраться. Мы его позвали помочь, а в итоге чуть ли не убиваем.
Вэйланд. Мой дракон лежит на полу. Ползет к кокону, его руки почти трансформируются в драконьи лапы. Покрываются чешуей. Острые когти царапают пол. Он же обращается! Я кидаюсь к нему.
— Рита? — недоуменно спрашивает он. — Уходи. Я скоро обращусь.
Я веду по его чешуйчатой щеке. Он горит. Его внутреннее пламя рвется наружу. Его энергия отличается от других драконов. Она пробуждается, рвется наружу бесконтрольным потоком. Ее будет так много, что даже я не смогу поглотить. Я это понимаю сразу. Чувствую на каком-то своем кукольном уровне.
Колдуны сделали из таких девушек, как я, – монстров.
— Я все разрушу тут, — шепчет он.
— Вэйланд, — шепчу я и пытаюсь его оттащить. — Помогите.
Кричу уже пробегающим мимо людям.
— Ждите, — рявкает один.
Тридцатая даже у него пытается вытащить энергию.
— Я сейчас обращусь, — его зрачки вертикальные. — Я не могу сдерживать дракона.
Я не знаю, что сказать, что сделать.
— Нет-нет, потерпи, — шепчу я.
Не могу его касаться. Тело горит так, будто я окунаю руку в огонь.
— У них не получится ее остановить, — говорит он. — Только я смогу, если обращусь. Уходи отсюда.
Я недоуменно смотрю на него. Он что, хочет собой пожертвовать, чтоб остановить куклу? Но он же не знает, что делать. И я не знаю! Никто не знает. Опять глупый риск. Опять непонятно что!
Но ведь Сесиль могла меня остановить отвлечением. Но она меня отвлекала, а тут все отвлекают куклу, а она не останавливается. Значит, она не воспринимает происходящее. Для нее это скребок паука на потолке, который никто никогда не слышит.
Другие маги, которых тут от силы пятеро, пытаются разбить кокон, но ничего не получается. Они не видят. Они не видят этот поток. Но я его чувствую. Такой сладкий, приятный. Как мне нравилось тогда впитывать эту энергию у Тобиаса, так и сейчас мне хочется хоть немного поглотить этой силы.