Глава тридцать третья. Самый тихий вечер и никаких приставаний
Вот сколько бы я не возмущалась, на деле мне очень нравилось, когда меня тискают. А точнее, когда это делает конкретный голубоглазый человек. Даже если я в это время избегала чужих губ, прикрываясь своими руками, или из-за всех сил пыталась высвободиться, это уже было не серьёзно. Хотя бы потому, что мне это нравилось. Как меня прижимают, поднимают, переплетают наши руки.
В детстве, я никогда не получала подобного. Для меня это что-то странное. Целоваться при встречах, прощаниях, да даже обниматься. Зато меня научили сдерживать эмоции. Держать в себе всё. Гнев, раздражённость, злость… Именно поэтому я и не проявляю открыто чувств. Потому что не умею. Не научили…
Однако, Арделу ну очень нравилось вот так вот проявлять какие-то свои чувства. Что наводило меня на мысли о его вполне счастливом детстве, где он, несмотря на то, что был наследным принцем, открыто демонстрировал свои эмоции.
Именно поэтому, мы с ним сейчас сидели на кушетке с книгой, иногда шуточно сражаясь. Он, за право целоваться. Я, за право быть не целованной. Никто так и не смог превзойти Ардела. Что было понятно, стоило аристократии только заговорить об охоте. Вайлет из-за всех сил пытался выставить себя в выгодном ракурсе, несмотря на то, что приехал он ни с чем.
Как я однажды и говорила, Вайлейту больше подошла бы профессия барда, шута, комика и певца эстрады, что доказывал его голос, когда он напевал мне какую-то песенку у костра, стоило Арделу ненадолго отлучится. Рыжик вообще старался при любом удобном случае, оказаться рядом и заговорить о чем-то непринуждённым. В такие моменты, стоило ему только подойти, я агрессивно вспоминала все возможные манипуляции. Например, вызывать как у собаки Павлова, приятные эмоции и ассоциации.
Поэтому я иногда его подкармливала, всячески восхваляла его эго. В общем. Вызывала приятные эмоции при общении со мной. Еще был вариант вызова адреналина, но я решила оставить это на крайний случай.
Если раньше Ардел холодно это игнорировал, или вообще не замечал, то сейчас это его сильно нервировало. Пару раз он хватался за клинок, что неизменно носил с собой. Зато Вайлету это кажется нравилось. Бесить старшего брата. Он мог невзначай коснуться моего плеча или моей талии, я же глупо улыбалась, из-за всех сил делая вид, что не понимаю, что происходит. Как и положено глупой дурочке с арабского переулочка.
— Мы не выйдем к центральному костру? — спросила я, поменяв положение с лежащего на сидящий.