— Здесь должна быть еще одна татуировка. Цветок лотоса с древними символами, — и меня пробирает озноб. Он угадал! Только этой татуировке уже три года. Не мог же Глеб все это время за мной следить? Но где тогда ее видел? Раньше мы с ним точно не пересекались. Черт! Что вообще происходит?
Смотрю ему прямо в лицо. Прищуриваюсь и холодно уточняю:
— Откуда о ней знаешь? Не вздумай врать, я сразу пойму.
— Хорошо, врать не буду. Но правде ты тоже не поверишь.
— Не решай за меня. Лучше говори.
— Не знаю, как объяснить… Мне самому многое непонятно. Как раз пытаюсь разобраться.
— Хватит болтать. Просто скажи как есть, — все же начинаю злиться.
— Ладно, я предупредил. В общем… я видел тебя во сне. Точнее, не тебя, а женский силуэт с размытым лицом. И татуировки на теле. Вот их как раз очень четко. Это было давно, лет десять назад. Я не смог забыть этот сон. И пытался искать женщину. Но не нашел. Тогда и сделал татуировку. Как напоминание себе. Когда получил твою фотографию, сразу почувствовал что-то странное, знакомое. А там, в галерее, когда к тебе подошел. Увидел этот узор на твоей щиколотке. И все понял…
— Что ты там понял? — глухо бормочу я. — У тебя галлюцинации. Десять лет назад у меня не было никаких татуировок. Ты случайно не псих?
— Нет, не псих, — спокойно качает головой Глеб. — Лучше ответь, почему набила именно этот рисунок?
— Я… — резко останавливаю слова, рвущиеся из рта. Понимаю, как это прозвучит. Я ведь тогда сказала Кириллу правду. Тоже увидела рисунок во сне. Но если он приснился мне, почему не мог присниться и Глебу? Только признаваться в этом не спешу. Не хочу, чтобы нас сближали какие-то дурацкие тайны. Я вообще пришла сюда из-за другого. Вот к этому и стоит вернуться. Об остальном подумаю потом.
— Все, хватит чертовщины! Говори, что узнал.
Как раз в это время нам приносят заказ. Мой желудок уже урчит от голода. И я сначала отрываюсь на еде. Глеб тоже переключается на ужин. Ест, не торопясь. И с удовольствием поглядывает, как я расправляюсь со своей порцией. Не знаю, чем конкретно его забавляет это зрелище. Но не хочу, чтобы он развлекался за мой счет. Решаю отвлечь его от своей персоны и напоминаю:
— Я жду твой рассказ.
Он хмурится, откладывает вилку в сторону и вместо ответа задает вопрос:
— Ты что-нибудь слышала о Тициане?
— Художнике? Конечно.
— Нет, не художнике. Есть один коллекционер. Тициан — его псевдоним. О нем ходит много слухов, но настоящее имя никто не знает. Он скупает картины, в основном старинные. Отсюда и прозвище. А еще разные загадочные артефакты. У него очень необычные вкусы. А известен тем, что если захочет заполучить что-то в свою коллекцию, обязательно сделает это. Неважно, каким способом. Неудачи он в принципе не признает. И никогда не останавливается, пока не достигнет цели.